— Ну что, гений стратегии? — прорычал Скай. — Доволен? От них моя завеса не спасет. И дня не провел на свободе, как тут же вляпался из-за тебя в какое-то дерьмо.
— Ты хоть пожрал от пуза. Теперь отрабатывай. Зря я тебя кормил, что ли?
— Сновидение гордого народа Алтарайи работает за еду. Как низко я пал.
Глава 18 Да начнется охота
Единственное, что меня печалило в данной ситуации, это то, что мы не успели отработать со Скаем наши «старые» боевые связки. С другой стороны, это же и вдохновляло.
Сейчас будет месиво, а это отличная возможность узнать на практике, каково это — быть Лаэром, нареченным Неуязвимым.
Первый поток привычно лег в рукояти, но теперь он окрасился сновидением Ская. Большую часть предыдущей моей инкарнации мы провели вдвоем, так что были самодостаточной командой.
Вместо привычных клинков в ладонях появились два длинных круто изогнутых кинжала. Если их держать вертикально, то острие смотрело мне в грудь.
— Переверни, — пробурчал Скай, — это же клыки.
Я взял оружие обратным хватом, и оно уверенно легло в руках. Приятный вес, приятная глазу форма, а сами рукояти стали немного шершавыми, отчего не скользили в ладонях.
Вторым потоком так и оставил защитную завесу. Только вот предстоит ближний бой, и если какая-нибудь из призванных тварей шарахнет мне молнией в упор, то купол не спасет. Он защищает лишь от угроз извне.
И теперь третий поток, самый важный. Конструкт совместимости, который долгое время у меня не получался. И теперь пришла пора выяснить на практике, принесли ли тренировки результат или я чмо самоуверенное.
Конструкт возник, отражая знак моей души, обволок мою фигуру и окрасился эмоциональным спектром моего сновидения. Я не увидел, но почувствовал, как ноги сами изменили форму, тело налилось силой, связки и сухожилия стали эластичней, а по голове пошел легкий зуд.
На тренировках так быстро не выходило, но сейчас я чувствовал, что совмещение завершено полностью. Я изменил и трансформировал свое тело, придав ему свойства Ская. Мои волосы посветлели и стали похожи на гриву, ноги превратились в лапы, а руки обзавелись когтями.
Тело стало пружинистым, приобрело звериные черты, а в движениях сквозила легкость и грация.
— Начнем, — прорычал я в предвкушении.
И бросился на ближайшего врага, похожего на увитого молниями быка. Мой шаг стал рывком, рывок — прыжком, а сближение больше походило на скольжение в пространстве. Если обернуться, то на этом пути не найти моих следов, несмотря на высокую луговую траву.
Для стороннего наблюдателя я стал росчерком в пространстве. Росчерком цвета слоновой кости. А когда я остановился, замерев на мгновение, позади меня медленно распадалось марево эфира, недавно бывшее грозовым быком.