Вообще, когда попадаешь в новый мир, застрявший где-то в районе средневековья — разбогатеть на идеях для жизни очень легко, если ты не совсем дебил. Жаль, что я совсем дебил. Мне вот очень не хватало в этом мире нормальных зубных щеток и пасты, но я в душе не чаю, как изобрести тут одно и другое. Приходится как все, использовать порошок, растворенный в воде и периодическое накидывание сна. Во сне же никто не страдает от кариеса.

— Накинул сон. Снял сон. Накинул сон, снял сон. И ничего. Снова накинул сон и ничего. Снял сон — то же самое.

— Вау.

— Невероятно.

— Невозможно.

А я как раз вовремя. Талер стоит посреди главного зала и показывает фокусы, а остальные удивленно смотрят. Ну ладно, Кай с Евой не особо впечатлились, потому что мы из другого мира. А вот остальные — да.

— О, Лаэр, — увидел меня Бион. — Ты тоже, да? Тоже так можешь?

— Накидывать сон? Да, меня на первом курсе академии научили.

— Шутник от бога, — усмехнулся Кай, за что получил легкий толчок от Евы. — Да ладно вам, чего вы тут кипятком ссытесь от удивления? Подумаешь, ловец свел магическую татуировку, что тут такого?

— Не татуировку, — насупился Талер, — это метка Шики, которую невозможно снять при жизни. Так что я в каком-то смысле теперь уникален, — выпятил он грудь.

— Не на долго, — улыбнулся я, присаживаясь в свободное кресло поближе к закускам. Бион тут же сунул мне в руки бокал с вином.

— Это ты сделал? — спросила Мэйси. — Талер никому ничего не говорит.

— Я не знал, можно ли, — виновато произнес бывший Шики. Ну да, мы этот момент как-то не обсуждали.

— Не вижу в этом проблем, — подумав, произнес я.

Идея с меткой пришла мне по дороге в Краун. Классический случай, можно сказать, но способ снятия метки пришел мне во сне. Хотя не совсем способ, а скорее идея. Я бродил по Калейдоскопу вместе со Скаем, просто ходили как путники, куда поведет.

И был там непримечательный сон, даже без сформировавшегося сновидения для захвата. Очень слабенький и хрупкий, так что пришлось просто наблюдать и не вмешиваться. Похоже, это был сон несчастного влюбленного, который молил вторую половинку о прощении, рассказывая, сколько всего он сделал во имя любви.

Сам прошащий постоянно менялся, становясь, то мужчиной, то женщиной, в возрасте от совсем юношеского до вполне зрелого. Декорации тоже постоянно расплывались и менялись, но один раз это оказался средней паршивости замок, а человек походил на какого-то барона, скорей всего из Истских королевств, так как я раньше никогда не видел подобных одежд.

Барон клялся, что любит только графиню, а та трактирщица просто напилась эля и перепутала спальни. А заметил это барон уже под утро, когда проснулся. Но самая интересная часть была в конце, когда мужчина уверял, что присоединение его земель к землям возлюбленной пойдет на пользу всем.