Вернувшись к себе, откровенно запоздало вспомнила, что так и бросила мокрое платье с юбками в ванной, так что уделила внимание и одежде, собрав всё в кучу, и снова отправилась вниз. В одной из комнат рядом с кухней у нас была собственная прачечная, которую не так давно мы переоборудовали по последнему слову техники и теперь вещи можно было стирать не в тазах и не вручную, а класть в механическую стиральную машину, которая выглядела, как бочка, внутри которой имелся дополнительный барабан, засыпать специальный стиральный порошок и, покрутив ручку минут десять, доставать уже чистые вещи. Оставалось лишь прополоскать их в новой воде, отжать через специальные валики и развесить на просушку.

Обычно стиркой занималась Дэйзи, но в последнее время она начала ощутимо сдавать, и я никогда не ленилась постирать свои вещи сама. Умом понимала, что стоит поискать новую служанку, молодую и полную сил, но в то же время не могла так просто выставить Дэйзи за порог. Куда она пойдет? Считай, всю жизнь в этом доме. Да, у неё будет пенсия, но совсем небольшая. Семьи она так и не завела, всегда отшучиваясь, что её семья — это мы. Своего дома у неё нет, в своё время она приехала из захудалой деревушки в поисках работы. Родители уже умерли, у братьев-сестер — свои семьи. У некоторых даже внуки, точно знаю — Дэйзи сама об этом с гордостью говорила. Но фактически она и не нужна никому кроме нас. А для меня она скорее даже не служанка, а добрая тётушка. Ну куда её увольнять?

Так, думая о разном, я постирала свои вещи, прополоскала, отжала и развесила, а там и ночь подкралась. Уйдя к себе и не забыв запереться, я наскоро ополоснулась и легла спать с безотчетной тревогой, словно забыла о чем-то важном, но никак не могла вспомнить, о чем.

Ночью снилась какая-то неприятная муть, с утра с какой-то стати разболелась голова и подозрительно захлюпало в носу, намекая, что вчерашний дождь не прошел даром, но я пустила магический импульс в нос, купируя первые признаки простуды, умылась, оделась потеплее, затем сама прошла на кухню, где добавила в заварник с чаем мяту и ромашку, которые хорошо помогали от головной боли, и даже выпила первую кружку там же, на месте. Попутно изучила погоду за окном, с досадой отмечая, что ливень уже не льёт, но сам дождь так и не прекратился, превратившись в нудную морось.

И вот как бы не скажу, что она лучше ливня… Пробирает до костей так, что кажется, словно до самого нутра сырость проникла!

— Осень, — вздохнула Дэйзи, стоя у плиты и доваривая утреннюю кашу. — Каждый год одно и то же. Хандра, сырость и уныние. Думаю, к вечеру стоит пирог с брусникой сделать. Как считаете, мисс Алейно?