— Но что в результате станет с германской армией? — спросил Франц Гальдер. — Мы все тут военные люди, и этот вопрос волнует нас сильнее всего.

— Немецких солдат и офицеров, за исключением частей СС, герр Сергий предпочел бы видеть в конце этой войны живыми и прошедшими процедуру инверсии, то есть перешедшими на его сторону, — сухо сказал Гейдрих. — Да и вам, господа, тоже найдется место в рядах объединенной армии, ибо американская плутократия — это большой и очень жилистый кусок, да и лаймиз мы тоже до конца еще не доели. Совсем не исключено, что вы в компании с лучшими большевистскими стратегами герром Василевски и герром Рокоссовски будет планировать Флоридскую десантную операцию, а герр Вейхс лично поведет наших шютце в бой. В армии герра Сергия тоже есть немалый германоязычный компонент, и он этими людьми вполне доволен.

— Да, херрен генерален, — проскрипел из своего угла Гитлер, — мы решили принять этот план управляемого конфликта. В противном случае, как пообещал герр Сергий нашему доброму Рейнхарду, он будет отрывать одну упрямую голову за другой поштучно, стараясь не затрагивать ни к чему не причастных простецов. Я лично возглавлю это сопротивление, чтобы войти в историю как вождь германского народа, который яростно сражался, и погиб, не выпуская из рук флага, ибо, в отличие от вас, пережить свой Рейх мне крайне нежелательно. Те из вас, кто не согласны с таким решением и не могут смотреть в лицо неизбежному, могут застрелиться прямо сейчас, а остальным придется пройти этот крестный путь до конца. Все.

Договорив, Гитлер взял из рук секретарши большой стакан ледяной родниковой воды и принялся пить так жадно, будто это было последнее, что он делал в своей жизни.

14 августа 1941 года, Полднь. Восточная Пруссия, главная ставка Гитлера «Вольфшанце», личные апартаменты Адольфа Гитлера

Скрывшись в своих апартаментах под толстым слоем фортификационного железобетона, там, где его не мог видеть никто, кроме фанатично преданных эсесовцев охраны и этой набитой дуры Евы Браун, Гитлер дал волю бессильной ярости. Сегодня он вполне официально признал перед верхушкой германского военного командования, что был вынужден подчиниться чужой злой воле, пойти на поводу у злейшего врага, почти что капитулировать. Фюрер германской нации чувствовал себя униженным, почти что изнасилованным.

— Проклятые русские! — заорал Гитлер, воздевая костлявые кулаки к бетонному потолку. — Если бы их не существовало на свете, то все было бы просто прекрасно! Все было бы так, как нужно, как должно быть в идеально устроенном мире. И честные немцы могли бы жить и процветать, а остальным народам не оставалось бы ничего другого, кроме как принимать от нас милости и наказания, потому что они признавали бы наше превосходство. Но русские способны сломать любые, даже самые тщательно разработанные планы! Эти непредсказуемые азиатские дикари все делают по-своему, не так, как европейцы, и почему-то у них всегда получается достигнуть самых невероятных и невозможных целей. Они ведут себя так, словно за ними стоит та самая Высшая Сила, которая управляет всем миром. И это не переломить и не изменить. Пока эта проклятая нация существуют на свете, так и будет. Если б можно было покончить с этими русскими раз и навсегда! Так я и намеревался сделать. План «Ост»: четверть русского населения онемечить, а оставшиеся три четверти, имеющие в своих жилах нечистую азиатскую и еврейскую кровь, уничтожить. Я думал, что у меня был шанс достигнуть этой благородной цели. Но, как ни больно в этом признаваться, это была всего лишь иллюзия. Тогда я совсем не предполагал, что окажусь в положении крысы, загнанной в лабиринт и получающей от экспериментатора электрические разряды каждый раз, когда она совершает ошибку. Теперь уже ничего не изменить — я в западне, в чертовой западне, и что бы я ни предпринимал, положение будет становиться только хуже! Ненавижу… ненавижу русских! Ненавижу герра Сергия, ненавижу Кремлевского Горца, ненавижу своих тупоголовых генералов, которые способны только на то, чтобы валить на меня все свои ошибки! Ненавижу всех, кто помешал мне достичь истинного величия. Ненавижу, ненавижу, ненавижу!!!