Чужеродная Сущность уничтожена. Начислено: 300 000 бонусных очков опыта.

Прогресс достижения «Защитник Последней Твердыни Гурзана»: 3/10.

Получено: Загадочный предмет. Обыщите тело.

— Твою мать! — выдохнул Владис и, рухнув прямо на отрубленное, сочащееся чёрной жижей щупальце, обхватил голову руками, раскачиваясь из стороны в сторону.

Воняло озоном, горелой плотью и тошнотворно-сладким запахом разложения, который, казалось, исходил не от трупов, а из самой ткани реальности.

— Твою мать, твою мать… — бормотал он, глядя в одну точку. — Мы чуть не сдохли. Реально чуть не сдохли.

Я выронил лук. Пальцы разжались сами собой, и оружие с глухим стуком ударилось о каменный пол. Ноги подкосились, и я осел, свернувшись в позе эмбриона. Желудок скрутило спазмом, и меня вырвало желчью. Тело била крупная дрожь, зубы выбивали чечётку, но вовсе не от холода. В голове, словно заезженная пластинка, крутилась одна и та же мысль: — Что это было? Что, чёрт возьми, это было⁈

Я пытался вспомнить. Помнил портал, ощущение… взгляда чего-то бесконечно древнего и голодного, что смотрело на меня из той тьмы. А потом провал, чернота и крик, раздирающий горло.

— Артём, ты как? — голос Кору пробился сквозь звон в ушах.

Она подхватила меня, словно ребёнка, не обращая внимания на то, что я весь в грязи и рвоте, прижала к своей широкой груди, закованной в кожаную броню, так крепко, что у меня хрустнули рёбра. От неё пахло потом, кожей и той особой мускусной ноткой, присущей оркам, которая сейчас казалась самым родным запахом на свете. Я вцепился в неё, как утопающий в спасательный круг.

— Я… я не знаю, — попытался рассмеяться, но вышел какой-то жалкий всхлип. — Кажется, нет. Не понимаю, что со мной, даже не помню, что случилось.

— Ты исчез, — прошептала Лили, прижимаясь к моей спине. Я чувствовал, как её трясёт. — В одну секунду ты был здесь, а потом этот шар тьмы… и тебя не стало. Я так испугалась, Артём! А потом ты вернулся, крича так, будто из тебя душу вырывали.

— Что это за магия? — спросила Кору, ощупывая меня своими сильными руками, проверяя, нет ли переломов. — Я никогда такого не видела. Мне пришлось заставлять себя сражаться, хотя хотелось всё бросить и кинуться к тебе.

Я покачал головой, всё ещё уткнувшись в ложбинку между её грудей.

— Пустота… Помню только абсолютную тьму, а потом очнулся уже на коленях, и горло дерёт от крика.

Странный липкий страх всё ещё ворочался в кишках, но не страх смерти, к нему я уже привык, а страх от чего-то неправильного, чему не место в этом мире.

Взгляд упал на логи чата, которые настойчиво висели на периферии зрения. Я заставил себя сфокусироваться, перечитывая их снова и снова, пытаясь зацепиться за смысл слов, как утопающий за соломинку.