— Сегодня? — нахмурилась Зина.

— Так вы же мне сами задачу поставили, вот я и выполняю.

— Не переживайте, дорогая моя Зинаида, скучать вам точно не придётся. Я о вас позабочусь.

Казалось, он был искренне в ней заинтересован, и она, чувствуя это отвечала удвоенной симпатией на это неожиданное проявление интереса.

— Ну что же, вверяю вам, дядя Эдик, самое ценное, что есть на нашей фабрике.

— Постараюсь вернуть всё целым и невредимым, — открыто засмеялся он. — Если мы не передумаем, конечно.

И Зина, немного смущённо наблюдавшая за ним, расхохоталась, вполне открыто демонстрируя свою доступность.

Прямиком из театра я рванул на Комсомольскую площадь, на Ленинградский вокзал. Билеты, к счастью, были, и ничего придумывать или плясать с бубном мне не пришлось. Я зашёл в пустое купе СВ. Бельё уже было застелено. Поэтому сразу скинул плащ и ботинки, и завалился на нижнюю полку. Мерный стук колёс погрузил меня в умиротворённое состояние и я, даже не заказав чая, провалился в сон.

Ленинград встретил мрачным и влажным утром с тяжёлыми низкими тучами. С вокзала я пошёл пешком. Вероятно, день мне предстояло провести в бездействии и наблюдении, поэтому небольшая прогулка была весьма кстати.

В киоске я накупил газет и журналов и направился на Гороховую улицу. Она не особо широкая и, несмотря на приятную питерскую архитектуру, довольно мрачная. Камень, камень и камень. Зато очень хорошо просматривается и наблюдать на ней удобно.

Правда, самому оставаться незамеченным в таких условиях весьма затруднительно. Не завидую я питерским филёрам, м-да. Ну а что делать? Что же, побуду в их роли. Прибуду на место и там уже сориентируюсь.

Добравшись до пункта назначения, я понял, что мне повезло. Наискосок от дома, где проживал преступник, обнаружилась пирожковая. Конечно, торчать целый день в пирожковой и мозолить всем глаза идея не самая хорошая, но лучшей у меня не было. К тому же я почувствовал, что проголодался.

Я зашёл внутрь и осмотрелся. Всё было исключительно просто. Несколько столов, пол, выложенный коричневой плиткой, белые несвежие стены, пыльные плафоны в виде белых шаров на металлическихстержнях.

Посетителей не было. Тоже минус. Человека с кучей газет обязательно запомнят. Впрочем, пока никто на меня внимания не обратил. За небольшой стойкой буфетчица занималась чем-то своим ежедневно-рутинным. Она раскладывала приборы, доставала из поддонов стаканы и звякала тарелками. Кассирша, похоже пребывала в полусонном состоянии.

Я подошёл к ней и она, неохотно оторвавшись от своих мыслей, выбила мне три пирожка и стакан кофе с молоком. Чек я отнёс к стойке и получил два пирожка с капустой и один с повидлом. Взял своё добро и подошёл к столику у окна. Подъезд, где жил злодей, был хорошо виден.