— Они первые начали, — равнодушно пожал плечами Силь.

Малолетних дуболомов было не жалко совершенно, и сломанная рука казалась не слишком большой платой за чью-нибудь сломанную жизнь. А как такие типы умеют ломать чужие жизни, Силь слишком хорошо знал на собственном опыте.

— Я закрываю глаза, когда ты проворачиваешь такое с обычными людьми. Но они же маги!

— Значит, вдвойне опасны и уже привыкли к безнаказанности. Пусть теперь думают

о своих поступках.

— Ты хоть знаешь, кто их бабушка?

Наверное, это была очень важная информация, которую следовало учитывать, но сейчас Силю не было никакого дела до генеалогического древа двух утупков. Он торопливо прикидывал, сколько ещѐ продержится в адекватном состоянии. Выходило часов шесть. А до заката (и, соответственно, парома) оставалось около девяти. Паршиво.

— Ты — лицо управления! — выдвинула последний аргумент Леда.

— Лицо — вы. Я — руки и голова.

— У тебя не голова, а чурка безмозглая. Вот как выбью сейчас дурь-то!

У главы управления был тяжѐлый характер, тяжѐлый взгляд и тяжѐлая рука. В последнем Силь уже не раз успел убедиться, поэтому когда сухонькая старушка потянулась дать ему затрещину, рефлекторно дѐрнулся в сторону. Итак голова болит, нечего усугублять подзатыльниками.

Но получилось только хуже — от резкого движения в глазах потемнело и пришлось хвататься за стол, чтоб не упасть.

— Александр, ты болван! — немедленно сменила тему начальница. — Почему сразу не сказал, что тебе плохо?

— Потому что мне терпимо, — уклончиво ответил Силь.

— Сядь немедленно, — Леда толкнула подчинѐнного в сторону кресла и проконтролировала, чтоб он туда уселся. Силь честно попытался именно усесться, а не рухнуть. — Зачем вообще припѐрся в таком состоянии?

— Сами вызвали!

— Да не ко мне, а на работу! Что ты тут забыл, страдалец? Марш домой немедленно.

И Ирму возьми, пусть присмотрит за тобой, если что.

Если что следовало понимать как если ты вырубишься и не сможешь сам себе укол всадить, но старая ворчунья решила для разнообразия побыть тактичной.

— Какая разница, где за мной присматривать, дома или здесь? — возразил Силь. — Всѐ

в порядке, я продержусь до вечера, а потом сразу поеду на паром.

— Точно продержишься?

Скорее всего нет, но окружающим об этом знать не обязательно, поэтому…

— Да, конечно. Без проблем.

— Врѐшь! — уверенно заявила Леда. — Но оставлю это на твоей совести. Всѐ, иди уже

с глаз моих. И не думай, что я забуду про вчерашнее. Оклемаешься — договорим. Так что не вздумай помереть, понял?

— Так точно, госпожа полковник. Разрешите исполнять? — Силь бодро вскочил с кресла и шутливо козырнул.