Новая страница, новый подход.

'Раздел первый. О ртути.

Ваше Величество, представьте, что повар взял у Вас пуд муки для пирогов. По всем нормам из пуда муки выходит пуд теста. Однако повар приносит один маленький пирожок, заявляя: «Остальная мука испарилась в печи».

Так и с ртутью. На Березовском заводе израсходовали сто пудов реагента. Этого объема хватило бы для добычи ста пудов золота, однако в казну сдали лишь десять. Будучи ядом, ртуть не могла исчезнуть бесследно, не уморив при этом всех рабочих и окрестных птиц. Но мора нет. Вывод: реагент использовали по назначению, добыв десятки пудов золота. Просто Вам его не показали'.

Губы тронула усмешка. Вот так. Наглядно.

'Раздел второй. О плавке.

Отчеты гласят, что при переплавке золотого песка в слитки сгорает десятая часть металла — так называемый «угар». Ваше Величество, золото — металл благородный. Оно не горит в огне, подобно дровам. Даже при плавке в дырявом горшке потери будут ничтожны.

Десятипроцентный «угар» — это ложь. В действительности мастер бросает в котел с чистым золотом медь. Вес слитка остается прежним, но содержание драгметалла падает. А чистое золото, якобы «выгоревшее», оседает в карманах мастеров. Прикажите проверить кислотой любой слиток из партий, принятых мастером Синицыным, и проба гарантированно окажется ниже заявленной'.

Перо авторучки скрипело, оставляя черные следы на белом поле, словно прокурор подписывал приговор, а не ревизор составлял отчет.

'Раздел третий. О камнях.

Земля не может рождать исключительно уродцев. При добыче тысячи изумрудов среди них обязательно найдутся десятки чистых и крупных камней. Это закон природы, такой же незыблемый, как восход солнца.

Однако отчеты за три года не содержат ни одного камня первого сорта — только мусор и осколки. Куда делись лучшие кристаллы? Они не исчезли. Их изъяли сразу у забоя, заменив дешевыми стекляшками. Лучшие изумруды России утекают мимо казны'.

И, наконец, финал. Самое опасное.

'Выводы.

Происходящее — отнюдь не случайность или нерадивость. Это отлаженная система. Управляющие на заводах, мастера, скупщики в столице — звенья одной цепи, которая держится на единственном гвозде.

Все документы о списании, потерях и плохой руде подписаны одной рукой. Статским советником Кусовниковым. Именно он превращает воровство в закон. Без его ведома украсть такие объемы невозможно'.

Точка. Подпись: «Мастер Саламандра».

Пять страниц весили больше пушечного ядра и обладали не меньшей разрушительной силой. Попади этот доклад не в те руки — и меня убьют. Несчастный случай, пожар или банальный нож в спину в подворотне. Вряд ли тут спасут Воронцов и Толстой.