Её слова повисли в воздухе. Моя последняя надежда умерла.

Старик кивнул громиле в маске. Тот подошёл к столу. Его огромные руки развязали ремни с моих ног, и рук. Он легко поднял меня, перекинув через плечо, как мешок с картошкой. Я повисла вниз головой, видя перевернутый мир: ухмыляющиеся лица Грейвсов, жареную ногу Джека на блюде, раскрытую поваренную книгу с чудовищным рецептом…

— Нет! Отпустите! НЕЕЕЕЕТ!

Я отбивалась, кричала, брыкалась, плевалась… Он не реагировал. Пронёс меня через столовую, потом ещё какую-то комнату… Я уже знала, куда он меня несёт. Мои опасения оправдались, когда я увидела уже знакомый тайный проход в стене… с лестницей, ведущей в подвал…

— Пожалуйста… — прошептала я в последний раз. — Я хочу к маме… К папе, к сестре… Умоляю, отпустите…

Но на мои мольбы не откликнулись…

Людоед шагнул в чёрный провал двери. Я повисла над бездной. Последнее, что я увидела перед тем, как тьма поглотила нас, — это лица Грейвсов за столом. Старик снова углубился в книгу рецептов. Женщина поднесла ко рту кусочек мяса. Лиззи подняла бокал с тёмным вином в мою сторону. Её улыбка была самой страшной вещью на свете… Да… Теперь я поняла, что улыбкам верить нельзя. Улыбка — самая большая обманщица…

Дверь захлопнулась с глухим, окончательным стуком.

Мы спустились вниз по крутым, скользким ступеням. Темнота была абсолютной, давящей.

Внезапно мой мучитель остановился и поставил меня на ноги на холодный, липкий камень. Я еле стояла, дрожа всем телом… Рука громилы грубо толкнула меня вперёд, в непроглядный мрак, и я упала на колени.

Наступила тишина… Густая, липкая тишина, которая обещала только одно: боль. Где-то в темноте раздался звук точильного камня, скрежещущего по металлу, и я поняла, что это только начало. Мой конец будет долгим, мучительным и таким, что даже смерть покажется милосердием…

КОНЕЦ