– Он солгал, малыш, – глажу его дрожащей рукой. – Я не украла, а спасаю тебя. Я твоя мама, и буду всегда защищать тебя. Никто не посадит меня в тюрьму, и не сможет забрать тебя.

Малыш с недоверием глядит на меня. В больших глазах медленно проступают слёзы. Не истеричные, а горькие, тихие.

– Я испугался, – шепчет он. – Думал, папа дверь сломает.

Прижимаю его к себе, и на этот раз он не сопротивляется. Худенькое тельце прижимается ко мне. Никита начинает тихо плакать, уткнувшись холодным носом мне в шею. Сдавленные рыдания разрывают сердце на части.

Поднимаю глаза. Максим и Игорь стоят у входа, тактично отведя взгляды. Ирина Петровна хлопочет на кухне, наливает чай, стараясь быть полезной.

– Спасибо вам, – говорю Максиму, удерживая Никиту на руках. – Большое спасибо.

– Это наша работа, – он пожимает плечами. – Мы останемся ненадолго, убедимся, что всё спокойно. И поговорим с соседями. Чтобы сообщили, если увидят его поблизости.

Я киваю, не в силах найти слова.

Проходит с полчаса. Никита затих. Уснул у меня на руках, обессиленный слезами и страхом. Осторожно отношу его в комнату, укладываю в кровать. Возвращаюсь в гостиную.

Максим разговаривает с Ириной Петровной, давая ей какие-то инструкции. Потом подходит ко мне.

– Мы уходим. У вас есть мой номер. Звоните, если что. В любое время.

– Хорошо. Спасибо.

Я остаюсь в квартире одна. В окружение мирной, не давящей тишины. Мне спокойно. Иду на кухню, наливаю чай и сажусь за стол. Руки больше не дрожат.

В этой тишине до меня доходит чудовищность и правота произошедшего. Да, я приняла помощь от человека, чьи мотивы не до конца ясны. Да, я, возможно, влезла в долг, который будет сложно отдать. Но сегодня вечером мой сын спит спокойно. И его не разбудит крик отца, ломящегося в дверь.

Я сделала это. Нашла в себе силы принять помощь от чужих людей. Воспользовалась щитом, который мне предложили. И это сработало.

Подхожу к окну, смотрю вниз. Чёрный внедорожник всё ещё стоит у подъезда. Они выполняют свою работу до конца.

Но вместе с облегчением приходит холодное, трезвое осознание. Артём не тот человек, который делает что-то просто так. Его помощь – это аванс. И счёт уже выставлен.

Возвращаюсь в комнату, сажусь на кровать рядом со спящим Никитой. Смотрю на умиротворённое лицо. Оно того стоит. Он того стоит. Ради него я готова на всё. Даже на сделку с дьяволом.

Но каковой будет расплата? Деньги? Услуги? Или что-то более личное, то, о чём он намекнул пронзительным взглядом?

Я глажу Никиту по волосам. Шепчу ему обещание, которое даю и себе: «Всё будет хорошо». Но в глубине души чувствую, что буря миновала лишь на время. И следующая может прийти с совсем другой стороны.