— 76 градусов северной широты, 20 сентября 1889 года, фьорд Соверс, зимовка первой Гренландской экспедиции Американского географического общества. До начала полярной ночи тридцать четыре дня, продолжительность светового дня пятнадцать часов, температура воздуха минус пять градусов по Цельсию, ветер северо-западный, девять метров в секунду, время четыре часа утра. Все члены экспедиции здоровы, собаки и лошади в хорошей форме. Походный ордер экспедиции следующий: группа разведки местности и ледовой обстановки состоит из двух собачьих упряжек под управлением биолога и каюра экспедиции Сидора Волкова и механика Ричарда Гросса, за ними, на дистанции пятьдесят метров идут трое саней под управлением Сэсила Присли, Эдварда Уилсона и Мэйсона Кира. Остальные члены экспедиции идут на лыжах. Руководитель экспедиции Томас О’Нил с первыми конными санями, картографы лейтенант Чарли Гросс и Итан Коллинз соответственно со вторыми и третьими конными санями. За дневной переход, восемь часов, предполагается пройти от тридцати до пятидесяти километров. Состояние льда нестабильное, снежный покров не равномерный, местами тонкий или отсутствует. По мере продвижения в глубь ледника предполагается улучшение ледовой и снежной обстановки и понижение температуры воздуха. Запись сделал Томас О’Нил.
Полыхнул магний на вспышке фотоаппарата Сэсила, Томас закончил писать и тщательно упаковал журнал в сумку, которая лежала на санях, после чего со счастливой улыбкой махнул мне рукой. Пора выдвигаться.
— Вперед! — Командую я собакам, помогая сдвинуть тяжёлые нарты с места и продолжаю толкать их, пока собаки поднимаются на ледник. Наш первый выход в ледяную пустыню Гренландии начался
Глава 12
То, что мы поторопились с выходом, я понял уже на первый день пути. Погода стоит аномально тёплая, уже в середине дня столбик термометра, закрепленного на санях Мэйсона, показал плюс три градуса. Вся теплая одежда тут же оказалась на нартах, но даже те лёгкие куртки, что оставались на нас, теперь казались сибирскими тулупами, пот градом катился по лицу и спине, фуфайки быстро стали влажными. Пока это было не критично, я не ощущал сильного дискомфорта, но, если погода ухудшится, мы все мгновенно замерзнем. Да и идти в пропахшей потом одежде то ещё удовольствие, прачечных тут по дороге не предвидится, а сменный комплект белья всего один. Я вскоре избавился и от куртки, идя на лыжах рядом с санями в одном толстом свитере, и шерстяном подшлемнике. Идти сразу стало легче, прохладнее, и вскоре я уже старался согреться движением, а не думал о том, что у меня чего-то там запреет и отвалится… Как же всё тут устроено странно, в этой Гренландии. С одной стороны, когда тепло — это отлично, так как холод я не люблю, а с другой… Идти по леднику во время оттепели сущий ад!