— Слушаю внимательно, — я понизил голос, создавая иллюзию доверительной беседы. — Кто вы такой и почему назвались послом?

— Дело в том, господин архимаг, что это тайна, — сказал он смущенно. — Я не могу вам рассказать.

— Мне — можете.

Лжепосол скосил глаза в сторону соседней камеры и сдвинулся еще ближе ко мне, вытянув шею.

— Это все началось давно, больше трех месяцев назад. Тогда только ходили слухи, что Константин уже скоро свихнется от своих развлечений. Он стал вспыльчивым, безответственно относился к власти и умудрялся нахамить почти каждой даме. Думаю, не стоит говорить, что при этом он старался не пропускать ни одной юбки?

Это я все знал, иначе бы зачем приехал в столицу для государственного переворота? Отдельно стоит отметить, что мне написали несколько чиновников, которые безуспешно пытались добиться каких-то изменений в жизни города. Они буквально умоляли меня вернуться и навести порядок. Последним пришло письмо от Марка, который поведал мне, что из-за сложившейся ситуации, начал раскапывать историю Мережковских и нашел, где те скрываются. Эта старая династия, и он был уверен, что Камень Власти на ее потомков откликнется.

Как сказал Виктор Иванович, отец его умер полгода назад, деревню вырезали примерно в то же время, что и активизировались чиновники. Что нам это дает? Что захват власти начали готовить раньше, чем я узнал о ситуации в столице.

— Многие стали возмущаться, — продолжал лжепосол, — мол, император бездействует, зачем он нам такой?

— И что случилось потом? — я чувствовал, что подошел совсем близко к сердцевине всех проблем.

— В один из дней ко мне в кабаке подсел незнакомец. Завязался разговор, мы выпили не по одной, и даже не по две. Он все жаловался на текущее положение дел, что прошения остаются без ответа, бюджет распределяют только между своими, и что еще год и империя разорится.

— Он назвал себя?

— Сказал, что его зовут Николай, но мне кажется, что это не его имя.

— А твое-то как? — я понял, что до сих пор не могу вспомнить, где я его видел.

— Святослав я. Игнатьев.

— Хотел бы сказать, что рад познакомиться, но обстоятельства не те.

— Да, я понимаю, господин архимаг. Просто жить очень хочется.

— Что было дальше?

— Я тогда пытался выбить грант для своих исследований, но его постоянно отклоняли. Без объяснений и комментариев. Будто с пустотой общался. Поэтому слова Николая легли в благодатную почву. Он предложил мне зайти с другой стороны и… ох! — Святослав вдруг упал, сжался в комок и истошно заорал.

— Твою ж! — я отскочил от прутьев решетки, потому что прекрасно понимал, что сейчас произойдет.