— Ты кто? — спросил он, щедро добавив к вопросу ругательств.

Отвечать на этот вопрос я не стал, а просто подвесил обоих придурков в невидимых силках и подошел к Григорию.

— Что случилось?

— Алексей Николаевич, все в порядке, — он, охнув, поднялся, держась за отбитое бедро. — Не поняли друг друга.

— И каков был предмет спора?

— Не имею привычки жаловаться, — ответил он, глядя на болтающихся в моем заклинании бандитов, — но думаю, хорошо, что вы не пошли в этот трактир. Обманывают они путников.

— Как именно?

— Заказал мясо, а принесли какую-то дрянь. Пытался жаловаться, так меня выкинули. Не дело же! Вроде приличное место, вон какое здание отгрохали. Я лучше на козлах перекушу. Мне ребята лепешек в дорогу дали.

— Нет, Григорий, так дело не пойдет. Не люблю, когда моих людей из трактиров выкидывают, да еще по такому поводу. Посторожи-ка этих, я сейчас вернусь. А еще лучше, вызови стражников.

Настроение было испорчено.

Когда я вошел внутрь, в нос снова ударил приятный запах мяса. Но глянув в тарелки посетителей, сразу увидел, что кормят здесь очень плохо. Даже салат и тот наполовину состоял из подгнивших овощей. И при этом зал был полон людей, которые с азартом уплетали отвратительные кушанья.

— Кто здесь главный? — громко спросил я, поймав тощую официантку.

— На кухне, — пискнула она и умчалась.

На меня никто не обратил внимания. Вообще. Никакого. Я слышал только стук ложек и чавканье. Пожав плечами, я прошел через весь зал в сторону двойных дверей, из которых то и дело показывались сотрудники. И чем дальше шел, тем страннее были ощущения. В одну секунду мне чудился запах гнили и земли, в другой — аромат копченостей, что рот моментально наполнялся слюной.

Это меня озадачило. На кухню я зашел с грохотом дверей об стены. И сразу на меня уставились десятки глаз работников. На них были грязные фартуки, на лицах толстые повязки, которые защищали от вони испорченных продуктов. А она была такой плотной, что у меня глаза заслезились.

Ко мне подскочил один из горя поваров и попытался сдвинуть меня с места.

— Вам сюда нельзя, посторонним вход запрещен!

— С чего вдруг? Тут зона отчуждения? Что вы, вообще, готовите? Из чего? Людей решили потравить⁈

— Они же едят и добавки просят! — совершенно искренне ответил он. — Ни одной жалобы не было!

— А кладбище в километре отсюда совершенно здесь ни при чём. Кто старший?

— Я старший, — массивная фигура вышла из-за спин.

Неприятный толстый мужчина с тесаком наперевес шагнул ко мне.

— Не нравится — вали отсюда! — рыкнул он, чем окончательно поставил точку в своем приговоре.