— Всё-таки, вы ничего обо мне не знаете. В вас говорит не разум, а сострадание. Поверьте, оно не должно определять, кто станет слугой.

— Мне всё ещё нужен казначей, — слегка усмехнулся я. — А в будущем, возможно, и визирь. Что до сострадания — опыт показывает, что оно как раз лучше всего работает в связке с разумом.

Я не верил, что Роланд фон Харген полюбил кого-то всем сердцем под воздействием иллюзий. Несмотря на десятислойную ширму, он разглядел в Маат что-то настоящее, что-то светлое. А он был и оставался лучшим из моих предков.

— Мне нужно подумать. Недолго. И… спасибо.

По всей видимости, это и был окончательный ответ в рамках текущего визита — поскольку фрагмент наконец потускнел и отдалился, а я выпал из дальнего зова с раскалывающейся головой. Сила Авалона помогла мне продержаться в астральном теле рекордный срок, но даже она не сгладила последствия на все сто.

Вернусь, когда цверги закончат с сокровищницей. Не знаю, насколько души в Полуночи могут думать вне рамок общения с текущим хозяином, но возражать тоже не буду.

Даже задолго до бала оставалась целая гора дел.

Все амулеты, кольца, талисманы, обереги и прочая зачарованная бижутерия, снятая с тела Галдара, отправилась на стол к Арчибальду. Покойный носил на себе мощнейшие вещи, но все они были строжайшим образом завязаны на его ауру и не годились для немедленного использования. Артефактор взялся постепенно разбирать эту груду, «перепрошивая» один волшебный предмет за другим. Телекинез, обострение восприятия, защитные чары от оружия, проклятий, стихийной магии, атакующие и контратакующие заклятия и многое, многое другое. Что-то из наследия Галдара можно было приспособить для нужд Полуночи, что-то — продать, что-то подлежало уничтожению и переработке. Удивительно, как старый цверг умудрялся таскать это всё на себе, балансируя десятки противоречащих друг другу центров силы. Может, именно это и поддерживало в нём жизнь так долго, а вовсе не жажда вернуть возлюбленную.

Куда опаснее оказалось другое наследие — уже их совместное с Роландом, Маат и всей Полуночью образца десять тысяч пятьсот шестидесятого года по л. п. Трансформаторы Йхтилла не просто были получены в «дар» от Князя, но и всё это время активно использовались. Один или два — в самой Полуночи, пять или шесть — в лабиринте Галдара. У меня не было доказательств, что работающие трансформаторы каким-то образом наращивали существующий долг перед Князем, но туман явно взялся не на пустом месте.

Спустя полную ночь поисков и троих уничтоженных стражей я отыскал лишь одно устройство — то самое, к которому шли видимые «кабели». Тут же оно оказалось в надёжных руках Адель, Луны и Хагги.