— Юра… Это что такое за бездорожье у тебя тут? Снег, понимаешь, как в тайге, — с неудовольствием спросил Ельцин у Петрова, без году неделя бывшего в должности первого секретаря, и просто не успевшего ещё доехать до такой дыры как Екатинск.

— Извини, Борис Николаич, погода такая, — отвертелся Петров, понимая, что ссылаться на то, что недавно в должности, смысла нет. А погода совсем другое.

— Если погода, зачем извиняешься? — гулко рассмеялся Ельцин и откинулся на кожаный диван «Чайки». — То, что погода, это я знаю… Люблю я наш Урал, Юра. Людей люблю, природу. Давит меня Москва. Другие там люди. Злые.

— Зато наши люди хорошие. Много сделал ты для наших людей, Борис Николаич, — осторожно ответствовал Петров. — Все в Екатинске благодарны тебе. Вон какой спортивный комплекс тут отгрохал. Детишки спортом занимаются, по улицам не шарятся. Мне сказали, первенство города по фигурному катанию послезавтра намечается. Почему бы не сходить тебе, не посмотреть? Победителей поздравить? Ты ж сам спортсмен! И деткам приятно будет.

— А вот это отличная мысль, понимаешь ли! — оживился Ельцин. — Кого-кого, а фигуристов ещё не видел вживую. Обязательно схожу! Погощу у вас в городе напоследок…

— Какие впечатления от Москвы то, Николаич? — заинтересованно спросил Петров, глядя на Ельцина. — Чем заниматься планируешь?

— Впечатления такие, что хорошо там всё… — уклончиво ответил Ельцин. Во взгляде чувствовалось, что недоговаривает член ЦК. — Намного лучше, чем у нас. А так быть не должно, понимаешь… Трудовой народ везде одинаково хорошо должен жить. Говорили мы с Михал Сергеичем на эту тему, сошлись в едином мнении, значит. Больше экономической свободы регионам давать надо. Управление заводами у рабочих должно быть, понимаешь. У советов трудовых коллективов.

— А Политбюро какого мнения? — осторожно спросил Петров. — Что члены говорят?

— Ничего они не говорят, — нахмурился Ельцин. — Как генсек скажет, так и сделают. А поддержкой Михаила Сергеевича я заручился. На ближайшем же пленуме вынесем вопрос о советах трудовых коллективов и о переводе предприятий на хозрасчет и самофинансирование. Это и есть настоящее народовластие.

Петров, считавшийся протеже Ельцина на пост первого секретаря обкома, с удивлением посмотрел на него.

— Как скажешь, Николаич. Рабочие тебя уважают, как и все уральцы. Уверен, только за новую политику будут.

— Да хватит уже о политике, — рассмеялся Ельцин. — Давай-ка, друг сердешный, как раньше, по нашему, по уральски. По сто и лосятинки с противня…

…Пока высокие люди решали судьбы страны, Арина решила, что пора ехать домой. Время позднее, а надо ещё согнать калории с мороженки и сделать домашку. Как и каждая спортсменка, привыкла она жить по чёткому распорядку дня, когда каждая минута рассчитана и не используется без дела. Многие удивлялись: как ты, мол, успеваешь всё и даже больше? Тренировки, школа на отлично, интернет, блоги — масса времени на всё требуется. В сутках столько нет. Но ответ Арины был прост: на холодильнике, на магнитиках всегда висел распорядок дня. И если четко следовать ему по минутам, успеть можно многое.