Арина не наблюдала, кто и как разминается, полностью была занята своим. Разогналась беговыми, тут же перебежками на ход назад развернулась, проехала задом, сделав тройку, перешла на кросс-роллы, исполнила несколько отдельных элементов дорожки шагов — твиззл, моухок, чоктау. И всё это на приличной скорости, на глубоких рёбрах, с красивой работой дотянутых рук, ног, прямого корпуса. Привлекла к себе внимание, конечно же. Люди на трибунах зашептались.

— Вы видели? Видели, как эта девочка катается? Это непостижимо! Почему мы её раньше не видели?

— Владимир Иванович, вы где скрывали такую великолепную спортсменку?

Директор спортшколы юлил, как карась на сковородке, вертя головой из стороны в сторону, пытаясь ответить всем вопрошающим, но ничего внятного сказать не мог. И в самом деле — как так получилось, что Хмельницкая стала кататься на таком высоком уровне? Ответа не было.

Но хорошо каталась не только Арина. Соколовская тоже привлекала много внимания. Стиль катания у неё при ближайшем рассмотрении был совсем другой, чем у Арины. Тренеры называли его силовым. Поклонников среди фанатов было много у такого стиля, кому не нравилось изящество женского одиночного. В нём не было изящной плавности рук и ног, выдержанных до миллиметра позиций. Иногда, наоборот, движения казались излишне резкими и быстрыми. Но точность в них была большая, несомненно. И бешеный темп, который завораживает зрителя. Когда каталась Марина Соколовская, казалось, что по льду носится накачанный стокилограммовый мужик-парник, на бешеной скорости исполняющий элементы, а не субтильная девочка-подросток четырнадцати лет. Соколовская своей силой, стремительностью и харизмой заполняла полностью ледовую арену. И присутствующие это заметили, переключив внимание с Арины на неё.

Марина каталась размашисто, широко, реберно. Стремительно разгонялась и прыгала, прыгала, прыгала, как автомат. За прыжками тут же делала заходы на вращения. Либела, кольцо, закон. Пусть немного недотянутые, но несомненно, красивые. Когда разминка закончилась, сложилось впечатление, что Марина ни капельки не устала, а откатала она практически всю произвольную программу кусками.

— Это наша действующая чемпионка! — распинался Владимир Иванович, ворочая головой из стороны в сторону и обращаясь сразу ко всем. — Смотрите, какая сила, а какая мощь! Это настоящий спорт! Быть ей чемпионкой города и третий раз! Быть! Программа у ней великолепная, впрочем, сами увидите, не буду предвосхищать, чтоб не смазать впечатление!

Эту восхищённую тираду слышал Левковцев, и ему она сильно не понравилась. Ставить одну воспитанницу выше другой, заранее, перед стартом, выглядело совсем не по-спортивному. Шансы должны быть равными у всех. Даже у Жанны и других девчонок, чёрт побери! Жанна, невзирая на подкравшийся пубертат и ослабление прыжковой техники, иногда, редко, но выдавала чистые прокаты, которые с её артистизмом и скольжением вполне могли претендовать на медаль. Собственно говоря, она и заняла прошлый год второе место.