— Обязательно, — ухмыльнулся тот. — И только попробуйте мне до возвращения так же, как вчера, набухаться, вам такой инструктаж проведут… Вообще ничего рассказать дружкам-курсантам не сможете. — Братики переглянулись и притихли. — Ладно, вы тут отдыхайте, а я пока до остальных схожу.

Прохор ушёл, и Николай сразу же у меня поинтересовался:

— Леха, вчера не успели спросить. Почему, когда Прохор разведчикам представился Зверем, они его сразу… зауважали?

Объяснил.

— Дела… — переглянулись братья.

Отец с дядькой Григорием, проведшие практически все время полёта до Душанбе с офицерами из гвардейских полков, подсели к нам перед самым приземлением.

— Как настроение, бойцы? — поинтересовался дядька.

— Боевое, — дружно ответили мы.

— К подвигам готовы?

— Всегда готовы!

— Я вам их обеспечу, — с улыбкой пообещал дядька и многозначительно посмотрел на присоединившегося к нам воспитателя. — Под чутким руководством Прохора. И никак иначе. Договорились?

И опять наш дружный кивок.

На военном аэродроме под Душанбе нас уже ждали три транспортных вертолёта, на которых мы и добирались до конечной точки маршрута — села Пяндж.

Весь полет мы разглядывали в иллюминаторы местные пейзажи. Если в Москве скоро ожидался приход зимы, а в окрестностях столицы уже кое-где лежал снег, то в Таджикистане хоть и чувствовалась осень, но температура воздуха держалась в районе десяти-пятнадцати градусов выше нуля, да трава пожелтела.

А величественные горы? Рядом с которыми я чувствовал себя мелкой букашкой?

— Красотища! — заявил Николай, который смотрел в соседний с моим иллюминатор. — Представляю, какие здесь летом виды!

— Особенно с афганской стороны… — хмыкнул Прохор. — Где все засажено маком. Прямо глаз не оторвать.

В село Пяндж Халтонского района Таджикистана мы добрались через час и приземлились рядом с небольшим автономным полевым лагерем, развёрнутым на удалении метров в семисот от реки Пяндж, по руслу которой и проходила граница Российской Империи и Королевства Афганистан. АПС стоял на уложенных вровень бетонных плитах.

Встречали нас трое: мой старый знакомый со времён посещения Измайловского полка, командир ДШБ подполковник Мехренцев, неизвестный мне мужчина под пятьдесят в чёрном камуфляже Тайной канцелярии и такого же возраста полковник в форме песочного цвета.

— Ваше императорское высочество, — смотрел подполковник на цесаревича, — разрешите обратиться к господину полковнику?

— Без чинов, Арсений Станиславович, — кивнул тот. — Обращайтесь.

— Григорий Михайлович, АПЛ успешно развернут, караулы выставлены, происшествий нет. Только на стороне Афганистана нами зафиксировано периодическое присутствие наблюдателей, — доложился он.