Работали финны усердно. Остатки эскадрильи явно подумывали о срочном перебазировании в более спокойные места. И то верно: у плацдарма, несмотря на символическую ночь, активно воевали — канонада, вроде бы, даже усилилась. Да и с юга, со стороны Олонца доносилось пусть и далекое, но явственное уханье артиллерии.

— Товарищ майор, — прошептал Женька, — разрешите вопрос?

— Да откуда я знаю, где они? — вздохнул Попутный, давя на своем мясистом ухе особо наглого комара. — Может с хронометром что случилось у наших соколов, может им вообще «отбой» дали. Это у нас сплошь и рядом приключается…

— Я понимаю. Я о Шведовой хотел спросить. Обязательно вот так, без наркоза?

— Да что ж такое⁈ — шепотом ужаснулся майор. — Особо важное задание, боевой порыв по капле копим, последние прикидки прикидываем, цели целим, а мысли у всех исключительно о дамах? Невозможно работать.

— Виноват. Я наблюдаю.

— Ладно, спишем на твою легкую контузию. Она легкая?

— Легкая. Управлюсь.

— Вот и хорошо. А пока отдыхай, наслаждайся тишиной и зрелищем эффективного восстановительного труда. Вот финики потеют, а? А о Шведовой я тебе потом объясню. Если цел будешь, дурак студиозный. Расслабься и сосредоточься на операции, балбес…

Женька принялся сосредотачиваться. Тьфу, совершенно ведь напрасно спрашивал. Разве у него, многодонного, узнаешь? Вот же профессия на людей отпечаток накладывает. Или он от рождения такой?

Сначала сквозь комариный зуд донесся иной звук — тоном басистее. Ударила гильза воздушной тревоги, панически лязгая гусеницами, устремился к опушке дряхлый трактор, метнулись с лопатами от полосы финны, в пулеметном гнезде, у спаренного «максима» мгновенно возникли пулеметчики…

— Правильно бегут, согласно расписанию и специализации, — с удовольствием отметил майор. Действительно — в ближние блиндажи уже ныряли техники и ремонтники.

Застучали зенитки, звон двигателей нарастал — мелькнули над опушкой силуэты «илов», через секунду лопнули, ударив по ушам первые бомбы…

Сыпали почему-то вперемешку мелкие фугасные и ПТАБы[92] . Женька слышал стук осколков в стволы деревьев, рокот спаренного пулемета, снова взрывы и взрывы — похоже, со слухом было не все в порядке: хаос распадался на избранные, болезненно отчетливые звуки. Хотелось зажать уши, но пора было делом заниматься. Майор уже работал: выцеливал пулеметчиков — этих оставлять никак нельзя — блиндажи у них на виду, заметят гостей как пить дать…

Неслышно дернулась «снайперка» — выстрел удачно лег под звук разрыва — пулеметчик отшатнулся от установки, осел на дно окопа. Второй номер обернулся к нему — следующая пуля вошла финну в затылок, из лица плеснуло темным…