Написал большой ответ. Стер. Он был похож на отчет, который мне следовало бы отправить в Космическое управление. Вместо него написал, что скучаю. Что вокруг меня космос, о котором я так мечтал, газовые облака, настоянные на этиловом спирте, смена маршрута. Исследования, аномалии, Ву в темных коридорах технических шахт. А я скучаю. Еще написал, что, просыпаясь, с первой чашкой кофе я иду в обсерваторию и, глядя на звездный рисунок за бортом, думаю о ней. Что я очень рад, что нахожусь в этой экспедиции, но сейчас как никогда понимаю, что больше никакой космос не сможет заменить мне ее.

Вздохнул. И стер.

Написал, что, как прибудем к Проксиме, наладим постоянный канал связи и можно будет поговорить. А пока мы отклонились от маршрута, изучаем газовые облака, из-за чего прибытие откладывается на два-три дня.

И что я скучаю.

После просмотрел сводки Космического управления. Нашел сообщения от родителей, ответил.

Пробежался по основным мировым новостям.

И долго не мог заставить себя открыть сообщения от Лерки. Странно, пока я был в Лондоне, она молчала, а с момента начала экспедиции стала писать довольно активно, чем подняла во мне очередную волну угрызений совести. Сообщения ее были довольно нейтральны, их вполне можно было охарактеризовать как дружеский треп, но, помня все, что между нами было в Питере, я не мог найти в себе силы поддерживать такой тон. Поэтому просто смахнул переписку. В конце концов, все сообщения были сформулированы так, что ответа и не требовали.

В командный центр меня вызвал Ву. Они с Райли выглядели так, будто тайком от всего экипажа таки надышались этиловым спиртом из облака.

— Это круто, Лёх! — Ву ткнул в экран. — Я занимался исследованиями газовых скоплений в окрестностях Солнечной системы — они другие. Более однородные, хотя интересные элементы там тоже были. Но про это вполне можно писать статью.

— Не, не надо, — внезапно запротестовал Райли, чем вызвал наши удивленные взгляды. — Ты напишешь, а Боровский опровергнет. Ему там с Земли лучше же знать…

Я давно так беззаботно не смеялся.

— Правильно, давай теперь скрывать все наши исследования, — фыркнул Ву. — Да Боровский от этого облака расплакаться должен!

— И не он один, — поддержал я.

— Мы все данные сохранили? — Райли оторвался от экрана.

— Все. Отдельно необработанные, отдельно обработанные. Я тебе позже анимацию еще сделаю, будешь смотреть перед сном.

— Ну… тогда возвращай нас на курс. — Райли с сожалением бросил взгляд на обзорный экран, за которым притаилось наше газовое облако.

Программа подтвердила смену курса. До возвращения на заложенную в навигаторскую библиотеку траекторию оставалось около семи часов. В этот раз я сгладил угол приближения и запланировал более пологое возвращение к основной траектории. Запасся кофе и теперь пытался смотреть сразу на все мониторы: и там, где отображались метрики выполняемого маневра, и на трансляцию обзорных камер.