Сам не заметил, как перешел на «ты».

— Может, так и следует передвигаться в космосе, без всех этих кораблей, компьютеров, трасс. Зажмурился и сиганул! — Я откинулся на спинку стула.

Коломойцев расхохотался в голос.

— Зажмурился и сиганул, это точно про тебя! Осталось повторить на бис.

— Нет, не сейчас. — Закончив с ланчем, я налил себе душистого ягодного чая. — Хочется притормозить с приключениями. Пусть физики хоть гипотез накидают да подтвердят их чем-нибудь. А то идей море, а чем все эти способности нам впоследствии аукнутся, мы даже не знаем.

— Да мы вообще пока ничего не знаем, — согласился Коломойцев. — Но так даже интереснее. Как в детстве, когда ночью в темноте роешься в шкафах в надежде найти новогодний подарок за неделю до Нового года. Находишь. А потом под елкой лежит не он.

Я невольно улыбнулся. Мы с родителями регулярно играли в эту игру с подарками.

— Ладно, Алексей. Возвращайся в Лондон. Наладь отношения с Эвансом. Он очень хороший ученый. И человек. Твой вклад в исследования всегда высоко оценивал. Нужно беречь такие деловые связи.

— Хорошо, — отозвался я.

В дьюти-фри я зашел в винный отдел и купил дорогущий французский марочный коньяк.

Всю дорогу до Лондона смотрел в иллюминатор. Удивительно, что иногда можно долгое время вообще ни о чем не думать. Просто смотреть на облака, тянущиеся внизу. На синеву неба. На солнечные лучи, растекающиеся по крылу самолета. И все это с абсолютно пустой головой.

Теперь уже Эванс ждал меня на крыльце института.

— Бумеранг, — я развел руками, — сначала ты меня притащил сюда за уши, а теперь и твоим ушам досталось.

Райли молчал, стиснув челюсти и скрестив руки на груди. Чувствовалось, что ему ой как есть что мне сказать, но не позволяло воспитание и обещания, которые он дал Коломойцеву.

Я поднялся на крыльцо, подошел и взял его под локоть.

— Пойдем, обсудим наши разногласия. Я привез неплохой коньяк.

— Не собираюсь я пить с тобой! — Райли вырвал руку и резко зашагал в сторону дверей, всем своим видом выражая праведное возмущение.

— Стой!

Я дождался, когда он обернется, выдержал эффектную паузу, потом добавил:

— Мы оба неправы. Но год назад ты вытащил меня из депрессии, а пару месяцев назад я спас тебе жизнь. Уверен, нам есть о чем поговорить.

Он стоял и молча смотрел на меня. Я невольно усмехнулся.

— Ну да, Райли, я всех бешу, я знаю… Давай уже по коньячку?

— Глазам не верю! Ву сказал, что вы тут вдвоем, красавчики, но я глазам не верю! — Лео стояла в проеме двери, щурясь от утреннего солнца, которое навязчиво светило в окно.

— Мы уладили наши разногласия, — нахально заявил я, — верно же, Райли?