Шел я долго, часа два, наверное. Сориентироваться оказалось несложно: из района, в котором жила Нэнси, открывался вид на Манхэттен, и я просто шел в сторону даунтауна с его бесчисленными небоскребами. Дообеденное время показалось мне самым безопасным: вся шпана и головорезы отсыпаются, а приличные люди идут на работу, и я шел в их потоке, словно тоже был одним из них.

Впрочем, американские улицы ощущались необычно. Как будто бы само присутствие на них пробуждало во мне зверя: я часто оглядывался, готовясь к нападению. Я знал, что у любого психа может быть пистолет или ружье, и этот факт волей-неволей заставлял насторожиться. Интересно, как к этому местные относятся? Наверное, чувство опасности у них притупляется уже с подросткового возраста — человек ко всему привыкает.

Когда я забрел в центр, направление до Сорок второй улицы мне подсказали зеленые указатели, стоящие на перекрестках крест-накрест.

Вскоре дошел от отеля и поехал на лифте наверх. Поднявшись на тринадцатый этаж, я остановился перед дверью и прислушался. Из-за нее доносились голоса — Крис и еще кто-то. Кажется, женщина. Да. Голос низкий, слова растягивает, будто ленится говорить, но это однозначно женщина.

Я постучал, и голоса тут же смолкли. Послышались торопливые шаги, щелкнул замок, и в щели показался Крис. Я посмотрел в его бело-голубой глаз. На его лице появилось странное выражение — будто бы его поймали на чем-то постыдном.

— Брат Джошуа! — выдохнул он. — Ты вернулся! Слава Небесному Отцу, я уже начал волноваться о твоей душе и теле.

— Открывай, — спокойно ответил я.

Он снял цепочку и посторонился, пропуская меня. Я прошел дальше и забросил военную куртку на турник. Потом снял рокерскую и повесил на спинку стула.

На диване сидела девушка лет двадцати пяти или тридцати, непонятно из-за потасканности. Блондинка, явно крашенная, с химической завивкой. Юбка выше колена, а несколько верхних пуговиц расстегнуты. Лифчик наружу, короче говоря.

Сидела она, заложив ногу на ногу и сложив руки на коленях, явно никуда не торопилась и чувствовала в чужом жилище себя вполне комфортно. Смерила меня ленивым взглядом, изображая безразличие, но в ее глазах отчетливо читалось любопытство.

— О, это твой друг? — сказала она Крису.

— Это мой собрат по миссии, брат Джошуа Клейтон, — объявил Крис достаточно торжественно.

Я сегодня посмотрел телевизор, услышал ведущих, и только что мне показалось, что Кристофер неплохо смотрелся бы в качестве такого ведущего. Вел бы проповеди на религиозных каналах, тут наверняка такие есть. Или продавал бы бижутерию в телемагазине, тоже как вариант. По крайней мере, разговаривает он так же, как дикторы с радио и телеведущие. А еще так говорят политики и шарлатаны.