— Нет. Если тебе так страшно, бери своего брата и валите в другой район. Никто не будет вас искать в Нью-Джерси. Там заправляют итальянцы. Слышал про клан Сопрано?
— Я заплачу…
— Дело не в деньгах. Еще раз повторяю.
— Пожалуйста, Джошуа, сто долларов дам тебе!.. Хорошие деньги, да? Неделя работы, наверное?
— Не сказал бы. Это всего три смены.
— Вот черт!.. — парень нервно затоптал ногой. — Просто Пьер тоже отказался, знаешь? А я больше никого не знаю, кто так дерется хорошо. Ты же просто как… как знаешь, как Чак Норрис или, нет, скорее как Стив Маккуин! Что-то между ними, в общем. И даже круче.
Эти слова растопили мое сердце.
— Ладно… Только завтра у меня работа с девяти.
— О боже, просто класс, ты спас меня! Завтра в шесть вечера, в Адской кухне, на углу Сорок третьей и Десятой авеню. Я тебя встречу на месте.
Глава 13 Мысль о Голливуде
Я пришел на угол Сорок третьей и Десятой авеню в половину шестого. Парень ждал меня так, и выглядел он так, будто не спал всю ночь. Глаза у него были красные, а сам он переминался с ноги на ногу. Я и сам в последнее время спал так себе — соседи мешали, несмотря на то, что уставал я смертельно и отсыпался до обеда. Были мысли записаться в спортзал где-нибудь поблизости, чтобы не терять дневные часы зря, но откладывал на потом и так и не озаботился.
— Ты пришел, — сказал он с таким облегчением в голосе, будто до последнего не был уверен, что я явлюсь.
— Пришел, — спокойно ответил я. — А где брат?
— Сейчас в школе. Скоро заканчивает. Пойдем, встретим его у входа и вернемся сюда.
— Далеко? — спросил я.
— Нет, всего пару кварталов.
Мы пошли. Парень шел быстро и при этом явно нервничал, постоянно оглядывался. Я же чувствовал себя спокойно, потому что был уверен, что ничего страшного не случится. Я ведь все равно уже умер, верно?
— Как тебя зовут-то? — спросил я.
— Базз, — ответил он.
— Базз, расскажи, что случилось. Ты толком так и не сказал.
— Кевин… Он немного не подумал. Один из этих парней попросил у него сигарету, а тот сказал, что не курит, и никому не советует. Так обычно наш отец отвечает. Тот обиделся — мол, он посмел давать ему советы. Слово за слово и вот так.
Кевин? Базз и Кевин? Это забавно, знаю я один фильм, где было двое братьев с такими же именами. Правда они не особо друг друга любили, а тут старший явно беспокоится о младшем.
— Сколько лет Кевину? — спросил я, сам не зная зачем.
— Пятнадцать, — ответил он.
— А тебе?
— Восемнадцать.
Восемнадцать лет, его вообще в клубы не должны пускать по идее. А он уже знает, где найти вышибалу и знает, как к нему подойти. Да, в Нью-Йорке люди растут быстро, ничего не скажешь.