— Пройдемся… кхм, — я остановился, сам еле расслышав свои слова, казалось, даже голос умирал в этом проклятом месте. — Пройдемся немного, — в этот раз громче произнес я, — осмотримся, пока сюда за грибочками не заявилась новая группа зараженных.

Переступая через небольшие шары и обходя стороной гигантские, мы двинулись вглубь зала. Пол здесь был странно зыбким, будто под нами была не гранитная скала, а прикрытое дёрном болото. Воздух же наоборот, очень скоро стал почти густым от заполнявшей его пыли и грибных спор. Логи взбесились, каждую секунду уведомляя меня о сработавшем щите крови. Чтобы не сойти с ума, пришлось отключить это сообщение. Мы продолжали топать, но сколько мы не шли, пейзаж не изменялся, однако метров через пятьдесят нам пришлось остановиться. Полоска наших хитпоинтов медленно, но неуклонно поползла вниз, будто кто-то по-тихому высасывал из нас жизнь: не помогали ни наша естественная регенерация, ни лечебный эффект от лежащей в моей сумке жемчужины. Попытка лечения подействовала, но показала, что маны на него в этом месте тратится в три раза больше, чем обычно. Еще через пятьдесят метров перестало помогать и лечение. Пришлось развернуться обратно.

— Возвращаемся назад, дойдем до точки, где регенерация справляется с лечением, попробуем поджарить пару грибочков, вдруг здесь все полыхнет как порох и выгорит к чертовой матери. Сразу квест и закроем.

Не верилось в это ни капли, но чем черт не шутит? Черт не пошутил. Перезревшие грибы сгорали довольно охотно, лопаясь мини-вулканчиками, выплескивая раскалённую жижу и бодрые фонтанчики искр. Свежие грибы шипели, пузырились и казалось больше плавились, чем горели, однако с учетом повышенного высасывания маны, Пофиг не смог уничтожить и пары грибов. Плесень, на которой они росли, поддалась гораздо охотнее, загораясь синими язычками пламени. Маг усилил напор и вдруг она лопнула, начала рваться, зыбкий пол под нами провалился, и мы ухнули вниз. Сначала я подумал, что под нами оказалась вода, но рефлекторный вопль при падении показал всю глубину моего заблуждения. Эта глубина была метра в три, и заполнена она была той же вездесущей пылью, настолько мелкой и легкой, что наши тела погрузились в нее будто в жидкость. Я успел судорожно взмахнуть руками, уцепиться за какие-то корни и тут полоса моей жизни внезапно закончилась.

— Это что-то наподобие материи, практически лишенной энергии, — я лежал на камне возрождения, почему-то опять под хвостом у дохлого дракона, и делился своими мыслями с лежащими рядом сокланами. Первые десять своих реплик я передавать не буду, ибо были они хоть и эмоциональны, однако мало информативны: были они вынуждены, ибо захлебнуться пылью, которая при этом буквально выдирает из тебя жизнь, это…