— Я сейчас тетиву отпущу, и больше шляться по борделям тебе не понадобится!
— Считаю до трех!
— Три, два, пальцы уже соскальзывают…
— Ладно, хрен с тобой, утром поговорим!
Я в жутком раздражении вышел из комнаты. Черт бы побрал, там и дел-то на две минуты, дольше спорили. Ладно, что я сам кастрюлю, что ли, не украду?
Цель для ограбления века я выбрал сразу, наши конкуренты вниз по улице. Хотя какие конкуренты? В наш ресторан приходили зажиточные люди, а здесь была харчевня для простого народа: честная жральня, где за пару серебряных монет можно было набить пузо простой, но вкусной пищей. У тамошнего толстячка-повара, наверняка, найдется подходящая для меня посудина.
Телепортировался я прямиком к задней двери его заведения. В доме по позднему времени было абсолютно темно, и я очень надеялся, что на первом этаже, где располагалась харчевня никого нет. Ключ, в виде лезвия моей глефы, легко вошел в замочную скважину и с хрустом провернулся в ней, выламывая как внутренности замка, так и сам замок. Стряхнув искореженный механизм на землю, я на цыпочках зашел на кухню, в свете фонарика осматривая ее небогатое убранство, и, практически, сразу наткнулся на то, что нужно — большая, блестящая, и судя по весу, толстостенная кастрюля. Жаль только, что свет был очень слабым, я положил вместо нее кошелек с десятком золотых и вышел на улицу, чтобы рассмотреть ее получше.
— Да, это то, что нужно, — обрадовался я.
— Да, это действительно то, что нужно, — обрадовались окружившие меня с трех сторон стражи. Пришлый Пахан, вы арестованы за кражу, и будете препровождены в тюрьму!
Глава 18
Не думайте, что я не попытался сопротивляться. Телепорт у меня был наготове, однако его действие было заблокировано непонятной магией, а пока я безуспешно пытался его открыть, на моих руках защелкнулись браслеты кандалов, заодно пристегивая ко мне вещественное доказательство моего участия в ограблении века. Затем была неспешная прогулка по улицам ночного города, сопровождаемая жаркими спорами и тихим позвякиванием цепей. Убедить стражу, что я, оставив на месте преступления кошелек с золотыми, фактически купил ее, мне не удалось, как и отвязаться от них, на месте заплатив штраф. Уже к концу нашего похода мне удалось узнать причину этого. Оказывается, это было распоряжение Ванденбрука, который как не верил, что мы сможем две недели просидеть дома, так и верил, что мы при этом обязательно что-нибудь или разрушим, или нарушим, и приказал за любую провинность сажать нас в темницу.
— Понравились вы чем-то ему, — неожиданно закончил свой рассказ, седоусый ветеран — стражник, запихивая меня в клетку, — не хочет, чтобы вас с наших земель выгнали, и приказал пару недель подержать вас здесь. Вот и посиди: отдохни, выспись наконец, а то вид у тебя — краше в гроб кладут!