Я порылся в сумке, вытащил набор инструментов и, ворча, принялся за дело. Разметил на кости место будущего распила, накернил отметки под будущие клепки, и неожиданно увлекся процессом: давненько я ничего не создавал, все больше рушил, а дело это увлекательное; отполировал древко до блеска, облившись семью потами; обточил края кости под конус, чтобы можно было плотно насадить лезвие и противовес с бронебойным шипом, просверлил отверстия под клепки. С ними пришлось топать в кузницу, где пяток чумазых кузнецов уже доковывали лезвие второго кинжала для подарка: длинное чуть изогнутое лезвие смотрелось крайне хищно и смертоносно, но при этом очень изящно — то, что нужно, осталось только рукояти приделать.

— Осталось только рукояти приделать, — прогудел мастер, со звоном опуская молот на заготовку, — вот только для таких кинжалов нужно что-то особое, а у меня как на зло с собой ничего подходящего нет.

— Здесь бы хорошо подошёл перламутр, — влез Добрыня, — из гигантских морских раковин, да где ж его взять?

Я отдал им свою заготовку и поскреб подбородок. Перламутр, перламутр… перламутр дословно со старо-немецкого переводится как Мать Жемчуга, а жемчуг…

Я опять полез в сумку и вытащил огромную жемчужину — артефакт постоянной регенерации.

Расклепавший последнюю клепку на моей будущей глефе мастер застыл, уставившись на жемчужину округлившимися глазами.

— Это… это гораздо лучше перламутра и тут как раз хватит на две рукояти, да еще и на амулет останется…

Я посмотрел на светящийся шар в своих руках, и зачем я только его вытащил?

— Извините, не могу. Это достояние клана, я не могу ее разрушить в личных интересах. Придется для рукоятей найти что-нибудь другое.

— Зря ты так, — опять влез Добрыня, — это штука действительно замечательная, но уровне на сто двадцатом — сто тридцатом ее польза сойдет почти на ноль. Личная регенерация и индивидуальные регенерирующие артефакты на этом уровне с лихвой перекроют действие этой жемчужины, а уж до этих уровней мы прокачаемся довольно быстро. Не переживай, давай ее сюда и вали доделывать свою глефу.

Меня чуть ли не пинками выпроводили из кузни, на столько им захотелось попробовать новый материал в деле.

Я возвратился на скамейку, достав полоски кожи начал аккуратно приклеивать их к рукояти, формируя место для хвата. Когда я с этим закончил, пришлось сделать перерыв, давая клею засохнуть, заодно смотался на кухню, свистнув там пару пирогов, раскладной столик, большую кастрюлю и кучу всяких съестных ингредиентов.

Пироги я начал закладывать в себя, а кастрюлю и ингредиенты на принесенный столик.