Садовник в месте целиком и полностью состоящим из камня. Какая нелепица.

Проходя мимо садовника, застывшего у ворот резиденции, словно статуя, посол только тяжело вздохнул и взобрался внутрь, ожидавшего его экипажа. Похоже и сегодня ему не избежать колких шуточек от оппонентов на тему бесполезного багажа в свите его чада. Которые являлись ни чем иным, как завуалированными насмешками над умственными способностями его сына.

И пока злые языки подшучивали и насмехались над глупостью посольского отпрыска, имперская служба безопасности с удвоенным рвением отработала подозрительного садовника. Но как его личность не проверяли, а всё сводилось к одному… Садовник и правда был садовником.

Поэтому в какой-то момент безопасники Викара своё расследование свернули. И передали на верх отчёт с коротким, но весьма ёмким заключением — СЫН ПОСЛА КЛИНИЧЕСКИЙ ИДИОТ.

Ведь никто другой не стал бы водить с собой повсюду садовника.

Будь то празднование по случаю помолвки барона, проводившееся на фрегате в открытом море или объявление войны в сенатском дворце… Курт Флюгегенхаймен всегда появлялся в сопровождении садовника.

Что взять с идиота. Все уже давно смирились.

Вот и сейчас никто не обратил внимание на вечно угрюмого садовника. Глядя строго себе под ноги, мужчина молча миновал все охранные посты и поднялся на второй этаж.

Тут он на несколько секунд остановился и осмотрелся по сторонам. Со стороны могло показаться, будто тот находится в некой растерянности. Как человек, который впервые оказался на незнакомой территории и теперь никак не мог понять куда ему идти.

Ещё несколько мгновений и садовник, повернув налево, быстрым шагом отправился к дверям в самом конце коридора.

Двое охранников на входе в гостевое крыло, завидев его, собирались преградить путь, но тот безмолвным жестом приказал им освободить дорогу и потому те даже не шелохнулись.

Уже через минуту садовник достиг своей цели. Он без всякого стука ухватился обеими руками за изящные кованые ручки, резко распахнул двери настежь и вошёл внутрь помещения.

В комнате царил полумрак. Окна были плотно зашторены. Лишь зажжённая свеча на журнальном столике не давала тьме полностью завладеть всем вокруг.

В полуметре от столика, словно прячась в тени стояло массивное дубовое кресло. В его изящной тёмно-красной обивке утопала тощая человеческая фигура с запрокинутой назад головой. Свечное пламя давало слишком мало света, чтобы можно было рассмотреть его внешность.

Садовник выждал несколько мгновений и, крутанувшись на носках, развернулся. Он подошёл к открытым дверям и тихо прикрыл их, не забыв при этом закрыть на замок. Затем он бесшумно, словно сам являлся тенью, плавно скользнул к человеку в кресле.