Первым делом я помог знахаркам обработать культи. Два человека потеряли одну из своих рук. И ещё один лишился ноги. К сожалению, тут моя магия бессильна. Вернуть обратно сожранные монстрами конечности я никак не смогу. Но могу сделать так, чтобы эти раны их не убили.
— Подождите, вы неправильно делаете, — предупредил знахарок я. — Перетягивать руку нужно на несколько сантиметров выше раны. Нижнюю часть сохранить тоже не выйдет. И дайте ему больше обезболивающих зелий.
— Каких-каких? — не поняла женщина.
— Дурман. Всем, кто лежит в первой линии, дайте свой дурман.
Каждый раз забываю, что местные называют свои зелья иначе. Жаль, что нельзя в условиях средневековья создать общий стандарт для всех зелий и знахарских изделий!
— Господин Лад! — прокричала самая молодая из знахарок. — Скорее, сюда! Ещё одного бойца принесли! Он, кажется, не дышит… Да, совсем не дышит!
Я рванул к другому концу лагеря, остановился около носилок, которые бойцы только что положили на землю, и…
Увидел своего знакомого. Амаранта. Боец, с которым я дрался на арене. Сильнейший воин поселений Западного леса. Даже не могу сходу сказать, кто он мне — друг или враг. Первое знакомство вышло у нас, мягко говоря, так себе. Но потом Амарант начал набиваться ко мне в ученики.
Я пообещал, что покажу ему пару своих приёмов, но теперь не уверен, что смогу сдержать своё обещание.
Знахарка ошиблась, Амарант дышит. Но в его животе зияет огромная дыра. Я даже без магии могу увидеть органы солдата.
Жить ему осталось совсем недолго. Придётся выбирать. Либо спасать остальных солдат, либо сконцентрироваться на нём.
— Знакомая рана, — прозвучал в моей голове голос Бойма — моего меча.
— О чём это ты?
— Кажется… Кажется, я умер точно так же, как и он.
Глава 12
На минуту я даже перестал думать о раненых. Заявление Бойма заставило меня задуматься о том, как меч может обладать памятью?
Изначально я сделал вывод, что он является кем-то вроде духа. Магической сущностью, которая олицетворяет меч. Такой же, как система, только способный вести нормальный диалог.
Но он только что заявил, что умер от такой же раны, которая сейчас зияет в животе Амаранта.
Выходит, он был человеком?
— Для меня это тоже шокирующее осознание, господин, — задумчиво произнёс Бойм. — Возможно, позже я смогу понять чуть больше.
— Хорошо, мы обсудим это потом. Пока что мне нужно сконцентрироваться на раненых.
— Позволите дать вам один совет? — после короткой паузы спросил он.
Совет от меча. Что-то совсем уж из ряда вон выходящее. Но я всё же выслушаю. Вдруг его мнение и вправду окажется полезным?