Чтобы схватить эту деревяшку, мне нужно меньше секунды. Успею. Сработает эффект неожиданности. Она, конечно, не такая крепкая, как дубина моего противника, но я точно знаю, куда нужно бить. Нужные точки уже разглядел.

— Добегался, засранец! — рявкнул Семён, а затем замахнулся.

Время для меня словно замедлилось. Ударить он решил прямо по моей голове. Прилетит дубина сбоку в правый висок. Но вторую атаку он совершить не успеет: мой противник, конечно, здоровый, но оружие у него слишком уж тяжелое. После удара его немного занесёт в сторону по инерции.

И это — мой шанс контратаковать.

Я резко пригнулся. Дубина, рассекая воздух, прогудела прямо над моей макушкой. Я одновременно уклонился и подобрал с земли дощечку.

Конец у неё не острый. Убить не убью. Но мне это и не надо. Достаточно просто его проучить.

И я сделал резкий выпад вперёд. Ударил концом палки прямо в правое подреберье, ближе к центру — там, где грудь переходит в живот.

У этого красноносого алкаша слабые печень с желчным пузырём. Один удар — и ему будет больно. Очень. Кроме того, я должен задеть солнечное сплетение. Если хорошо приложить по этому месту, вся вегетативная система организма ненадолго взбунтуется. Давление упадёт, организм ослабнет.

Есть даже шанс, что я смогу его вырубить.

На долю секунду перед моими глазами мелькнула шкала. Снова, как и в прошлый раз, я смог увидеть здоровье своего противника.

/Витальность: 135 из 150/

Слабые точки, по которым я только что нанёс удар, вспыхнули ещё сильнее. Но продолжать бой смысла уже не было. Мой план сработал. Причём справился я даже быстрее, чем планировал.

Громко хрюкнув от острого болевого приступа, охранник Харитона рухнул на бок, сложился пополам. У него аж слёзы на глазах выступили. Могу понять. Печень здоровяка явно была не готова к такому сюрпризу.

— К-х-х-х… — корчась у ног Харитона, прошипел он.

— Семён, ты чего это? Эй! — торговец легонько пнул носком ботинка своего охранника. — Ты чего разлёгся, пентюх⁈ Тебя же лободырный Лад побил, ты чего на всю деревню позоришься? Мне что, самому всё придётся делать?

— Не нужно, Харитон. Послушайте лучше меня, — я опустил палку. — Мне есть что вам сказать.

— Да ну? — он перевёл взгляд на меня. — Поганец, ты чего с моим охранником сделал? Кто теперь склад мой будет сторожить, если он помрёт⁈

— Не помрёт он. Через пятнадцать минут уже на ноги поднимется, — заявил я, затем на всякий случай ещё раз посмотрел на Семёна с помощью «Диагностического взгляда». Решил убедиться в своей правоте.

М-да… Здоровьем этот громила не блещет. Но я тут ни при чём. Около тела поваленного мной мужика появились надписи.