— Вот, — я достал из кармана пригоршню монет, чтобы подкрепить слова делом. — Тут десять медяков. Готов отдать их прямо сейчас. Остальное буду возвращать постепенно.

Харитон сделал глубокий вдох, а затем громко рассмеялся. Его хохот, наверное, даже у штаба Скитальцев было слышно.

— Хорошо, пацан, — он выхватил деньги из моей руки. — Десять медяков я забираю. А ты знаешь, сколько должен мне твой отец?

— Как раз собирался задать этот вопрос.

— Ровно в сто раз больше. Десять серебряников, — обнажив кривые зубы, улыбнулся Харитон.

Дерьмово…

Сто медяков — один серебряник.

Сто серебряников — одна золотая монета.

Курс тут предельно понятный. Но… Получается, в переводе на хоботы болотного упыря я должен Харитону аж десять убитых монстров. Десять!

Да я одного-то чудом убил…

И это если не учитывать, что часть денег нужно тратить на еду. Одной серебряной монеты мне хватило, чтобы кормить себя и отца в течение пяти дней. Остались гроши, которые дали мне жители деревни за то, что я поубивал крысиные выводки под их домами.

На одних крысах я далеко не уеду. Нужно браться за серьёзную работу. Лечить людей, убивать монстров. Иных вариантов у меня нет. Если напрошусь на более лёгкую работу, я таких денег никогда не скоплю.

За спиной Харитона появился силуэт Семёна. Мужик поднялся на ноги, вновь схватил дубинку и уже пошагал на меня. Однако торговец его остановил.

— Очухался, герой? — хмыкнул Харитон. — Не спеши. У нас тут с парнем деловой разговор.

— Я убью этого урода, — прорычал Семён. — Выбью из него последние мозги!

— Даже не думай. Приказа такого не было, — бросил ему Харитон. — Пока что.

Пока что. Ожидаемый ответ. Может, торговец и готов согласиться на мои условия, но доверять ему нельзя. Он может передумать в любой момент. Не удивлюсь, если он заберёт мои деньги, а затем всё равно попытается продать меня в рабство.

Поэтому нужно обезопаситься — создать себе репутацию. Я слышал, как люди отзывались о моём отце. Его здесь любят. Потому что кроме Добромира с болезнями местному населению никто помочь не сможет. И народ это понимает, но никто не хочет связываться с Харитоном.

Один только Бажен осмеливался приходить сюда — на территорию торговца, чтобы передать еду моему отцу.

— Хорошо, Лад, — заключил Харитон. — Если это правда и отец действительно передал тебе свои знания, я дам тебе шанс. Можешь заглянуть в дом, — торговец кивком указал на небольшую пристройку, в которой когда-то работал Добромир. — У тебя всего пять минут. Книжки твоего отца до сих пор там лежат. Но кроме них больше ничего не трогай. Ах да, кстати… Если ты вдруг решишь обмануть меня — украдёшь что-нибудь, или пойдёшь продавать книги, которые, по сути, теперь принадлежат мне — я об этом узнаю.