— Уверяю вас, монсеньор, их не интересуют ни политика, ни интриги, ни какие-либо пикантные подробности. Они остаются слепы и глухи до тех пор, пока не запахнет…особыми средствами. Ваше высокопреосвященство могли убедиться в этом только что: пока вы разговаривали с господином де Нэвером, они оставались далеко в стороне, но как только вы оказали мне честь…

— Как же они бдительны! — с досадой проговорил кардинал. Он, покусывая губы, отвернулся к окну, затем прошептал: — Нигде нельзя ощущать себя в покое и безопасности. А теперь выходит, что и в одиночестве остаться невозможно!

— Монсеньор, если это вас немного успокоит — сейчас они нас не слышат, как бы им этого ни хотелось.

— А эти жесты, которые относятся явно к вам…

— Они требуют, чтобы я снял «сферу тишины». Это такое средство из моего, как вы изволили выразиться, арсенала. Вы можете кричать во весь голос, но для них все слова останутся неразборчивы или вовсе не слышны.

— Удобно… — прокомментировал Ришелье, хотя его мозг вполне очевидно работал над другим вопросом. — А скажите, сударь, такая же охрана есть и у его величества?

— Разумеется, монсеньор.

— И у королев?

— Вне всяких сомнений.

— И… у Бэкингема?

— В настоящий момент их шестеро — тех, кто следит за его светлостью в этом зале.

— Дьявол! — всплеснул руками Ришелье. — Друг мой, боюсь, ваше задание окажется сложнее, чем мне представлялось! Меня извиняет то, что я понятия не имел об этих стражах.

— Ваше высокопреосвященство пока не соблаговолили посвятить меня даже в общие детали этого задания, поэтому я не могу судить о его сложности.

— Мне кажется, или эти господа действительно проявляют нетерпение? — нервно поглядывая на дозорных, подающих знаки де Бреку, проговорил кардинал. — У вас не возникнет проблем потом, после того, как вы снимете эту вашу «сферу»?

— Даже если и так, пусть ваше высокопреосвященство не беспокоят мои проблемы. Но если мы сможем сейчас же вернуться к теме нашего разговора, я буду весьма признателен, поскольку терпение этих господ и вправду уже на исходе. Или монсеньор предпочтет отложить беседу?

— Нет-нет, сударь! — испугался кардинал. — Раз уж начали — давайте уже и закончим. Мы остановились на том… — Он сделал паузу и вытер лоб платком.

— Мы остановились на ее величестве, — подсказал де Бреку.

— Что?.. Да. Вернее, не совсем, друг мой. Мне не важно, влюбится ли Анна. Я хочу, чтобы другой человек потерял голову от любви к ней. Я хочу, чтобы он стал способен на самые безрассудные поступки, чтобы он был настойчивым и неуемным в своей страсти. Я хочу, чтобы сей авантюрный роман стал заметен.