Следователь кивнул, продолжая записывать.
– Новый проект… Можете рассказать о нём подробнее? Насколько важна в нём роль Василевской? Имелись ли у неё конкуренты внутри команды, кто мог позавидовать успехам или стремиться занять её место?
Директор помотал головой.
– Конкуренты… В нашей сфере всегда есть место здоровому соперничеству, это двигатель прогресса. Но чтобы до такой степени… Я не представляю… Она один из ключевых сотрудников, но и другие члены команды – профессионалы высокого уровня. Мы работаем как единый механизм, где каждый важен. И никто из них не проявлял агрессии или враждебности по отношению к Марьяне. По крайней мере, я ничего не замечал, – он притих, словно пытаясь уловить в воздухе причины случившегося. – Может быть, дело не в работе?
Саблин отложил блокнот. Он почувствовал, что разговор подходит к логическому завершению, по крайней мере, на данном этапе.
– Мы рассматриваем все версии, Марк. В том числе и не связанные напрямую с вашей компанией. Но место работы и круг общения часто играют не последнюю роль.
– Да, да. Понимаю.
– А лично у вас какие были отношения с Василевской?
– У меня? – удивился Марк. – Рабочие, конечно. Я её руководитель.
Саблин поднялся.
– Спасибо за уделённое время. Мы обязательно свяжемся с вами в случае возникновения дополнительных вопросов. Прошу вас, пока не распространяйте информацию о нашей беседе среди сотрудников. Нам важно сохранить конфиденциальность расследования.
– Конечно, конечно. Не волнуйтесь.
– А сейчас мы могли бы увидеть рабочее место Василевской?
– Да. Я вас провожу. Фёдор сейчас в офисе. Если хотите, можете с ним побеседовать.
– Отлично.
Глава 17. Понедельник. 16.50
Саблин и Максимова вышли из кабинета директора, ощущая лёгкую дезориентацию от обилия света и пространства. Атмосфера компании, столь привлекательная на первый взгляд, теперь почему-то представлялась следователю лишь тонкой завесой, скрывающей секреты. Ведь даже в самых ярких и инновационных мирах, как те, что создавались здесь, всегда есть место для человеческих страстей, зависти и, к сожалению, трагедий.
Вслед за Марком полицейские двинулись по коридору, наблюдая за работой сотрудников сквозь прозрачные стены офиса. Их сосредоточенные лица, погружённые в экраны мониторов, казались Саблину одновременно и частью загадки, связанной с убийством Василевской, и потенциальным ключом к решению. Каждый из них, возможно, знал что-то, способное пролить свет на произошедшее с девушкой.
Директор остановился у стеклянной перегородки, за ней группа молодых людей оживлённо обсуждала какую-то тему, жестикулируя и смеясь. Их энтузиазм был заразителен, но Саблин видел в этом лишь ещё один слой сложной мозаики. Как часто за внешней беззаботностью и творческим порывом скрываются глубокие личные драмы и соперничество? Он вспомнил слова Марка о «здоровой конкуренции», и теперь они приобрели для него подозрительный оттенок.