– Ну, допустим. И вам не показалось странным, что женщина, помешанная на вампирах, интересуется кровью?
– Нет! Наоборот! Именно этим я себе и объясняла её вопросы: для работы надо или из любопытства.
– Но кровь пропала, о чём вы подумали?
Мансурова пожала плечами.
– Всякое бывает.
– Не заподозрили Василевскую?
– А как бы она смогла это сделать? – с удивлением поинтересовалась Сати.
– Вот именно, без вашего участия никак, – парировал Саблин. – К тому же, как выяснилось, Марьяна посещала один клуб, где примерно неделю назад предлагала гостям настоящую кровь, той же группы, что похищена из вашего института.
Мансурова смотрела на следователя, поджав губы.
– Полагаю, было так, – начал майор. – Василевская попросила вас украсть кровь, и вы это сделали. А когда выявилась пропажа – убили подругу, ведь в случае разбирательств выйдут на вас и обвинят. Теперь же пытаетесь выкрутиться и свалить на Марьяну, ведь сама она опровергнуть не сможет.
– Нет! Говорю же! Было совсем не так! – выкрикнула Сати с волнением, но Саблин заметил совершенно другую эмоцию. Лицо, мимика, жесты – всё наводило на мысль о крайней напряжённости и переживаниях, но глаза… В их пронзительной голубизне таилось спокойствие, холодное и невозмутимое.
– Тогда как? – Саблин склонил голову, давая понять, что готов слушать.
– Ну… я действительно рассказала Марьяне про кровь. А спустя время у меня пропали ключи от подсобки, где хранилась плазма, но её редко используют. Там рядом запасной выход на лестницу, камер нет, можно пройти незамеченной. Я, конечно, подумала сразу на Марьяну, что она забрала ключи. Спросила, но она всё отрицала, ну и я решила, ключи потеряла сама. А потом обнаружили пропажу крови, я стала звонить, но Марьяна не подходила к телефону, – Сати опустила глаза. – Наверное, её уже не было в живых.
Саблин взглянул на Синицына. Казалось, они оба думали об одном и том же: пропажа крови в больнице обнаружилась действительно в день, когда Василевская была уже мертва.
– Вы, наверное, разозлились на подругу?
– Да! Я не ожидала такого! Она подставила меня! Поступила совсем не по-дружески, а эгоистично, подло!
– Подстава – это мотив для убийства, – резюмировал Саблин. – Вам захотелось отомстить, вот и убили.
– Нет! Я клянусь! – воскликнула Сати. – Я её не убивала! Поверьте! Я говорю правду! Как только выяснилось про кровь, я пыталась с ней связаться, чтобы узнать, как такое произошло! Я всего лишь сообщила, где находится хранилище.
Саблин не очень верил в историю Мансуровой, но весомых доказательств её виновности в краже крови и убийстве Василевской не было.