Следователь вновь и вновь прокручивал в голове имена трёх потенциальных подозреваемых: Свиридов, Читкова и Мансурова. Каждый из них имел свои причины для ненависти к Василевской, чья жизнь, как выяснилось, состояла из противоречий.
С Марком у Марьяны были романтические отношения, но тем не менее девушка собиралась продать продукт своего творчества конкурентам, не побоявшись даже начать угрожать любовнику раскрытием их отношений.
С Читковой жертва приятельствовала. Ульяна пригласила её в «Клуб ночных сов», но Василевская принесла туда кровь, очевидно, понимая, что хозяйка будет не в восторге от того, как это повлияет на репутацию её заведения.
А с Мансуровой Василевская дружила много лет, но украла кровь из больницы, прекрасно зная, как подобное отразится на работе Сати.
Похоже, ни любви, ни уважения, ни дружбы в жизни Василевской на самом деле и не было.
Саблин постукивал пальцами по столу.
В начале расследования все знакомые погибшей говорили о ней с восхищением, но теперь, когда всплыли интересные детали, их слова приняли резко негативный оттенок: подлая, амбициозная, эгоистичная. Следователь не мог отделаться от мысли, что за внешней оболочкой доброй и талантливой девушки скрывалась личность, готовая на крайние меры ради достижения своих целей.
Свиридов, возможно, чувствовал себя обманутым, как партнёр, как мужчина, любивший женщину. Читкова была разочарована безрассудным поведением человека, которому доверилась. А Мансурову предал близкий друг.
Всё это создавало идеальную почву для конфликта, приведшего к трагедии. Но кто же из них решился на столь отчаянный шаг?
Марк? Да. Вполне. В нём ощущался страх. Страх, что его интрижка будет раскрыта, а карьера загублена. Подобная эмоция вполне способна мотивировать на преступление.
Ульяна? Тоже подходит. Деньги – наиболее распространённый мотив для убийства.
Сати? И она могла. Боль предательства, рухнувшая дружба – такое выбивает почву из-под ног и заставляет людей совершать необдуманные поступки.
Страх, деньги, предательство. Сколько раз Саблин сталкивался с этими мотивами, приведшими к печальным финалам, не сосчитать.
Но весомых улик против всех троих нет.
Отпечатки пальцев Свиридова и Мансуровой были в квартире жертвы, но ни на теле, ни на кулоне их не обнаружили. По фото соседка Василевской также их не опознала. В отношении Читковой надо ждать результатов экспертизы и вновь ехать со снимком к сёстрам Павловым, однако теперь показания Евгении о двух людях у квартиры Василевской поздно ночью представлялись Саблину слабой зацепкой – как ни крути, но женщина могла и ошибиться.