Меч выпал из его руки. Сам мужчина рухнул лицом вперёд и больше не двигался. Когда я подошёл, он был мёртв.

А вот меч продолжал жить.

Не знаю, откуда пришла уверенность, что такому артефакту в мире не место. Он должен быть уничтожен.

Я протянул над мечом правую руку. Проявился перстень Основателя рода Медведевых. С ладони потёк серебряный свет.

Клинок, будто живая тварь, елозил по полу. По чёрному металлу побежали трещины. Гнилостно-чёрное пламя взметнулось в последний раз. Через миг на полу остался лишь выжженный знак. В нём угадывалась львиная голова.

На периферии зрения вспыхнуло сообщение:

Активирована способность «Императорское очищение».

Осталось 4 балла Империума.

Эффект: полное уничтожение проклятых артефактов.

Перезарядка: 168 часов.

Активация через пиктограмму во внутреннем интерфейсе.

Надпись погасла. Рядом со значком лепестка пламени возник перечёркнутый череп.

Приказав бывшим пленникам ждать в холле, я в одиночку поднялся на второй этаж.

Ещё на лестнице потянуло разложением. Я уже догадывался, что увижу. Толкнул приоткрытую дверь.

Пыточная. На каменном полу лежало изуродованное тело молодой девушки. Судя по состоянию, умерла она не меньше суток назад.

К горлу подкатил комок.

Я вышел и плотно прикрыл дверь.

Следующие две комнаты оказались спальней, больше похожей на хлев, и библиотекой, совмещённой с мастерской.

Вот мастерская меня и заинтересовала.

Однако слова безумца о брате-графе не давали покоя. Я решил не распыляться и первым делом проверить сейф.

Врезанный в стену стальной ящик был приоткрыт. Внутри лежали ножны, похоже, от уничтоженного мной меча. И книга.

Переплёт был сшит из цельной шкуры крылатого существа, очень похожего на гигантскую летучую мышь. Мастер сохранил голову, и она выступала из обложки на месте названия. Маленькие глазки поблёскивали, словно следили за моими движениями.

Книги я любил с детства. Они всегда были для меня источником знаний.

Как выяснилось, некоторые знания кусаются.

Стоило взять книгу в руку, как морда на обложке с рычанием вцепилась мне в кисть. От неожиданности я разжал пальцы. Но книга не упала — повисла на моей руке.

К счастью, укреплённую кожу её клыки прокусить не смогли. Я с любопытством посмотрел на это непотребство. Потом легонько постучал указательным пальцем свободной руки по её лбу.

— Если не отпустишь, — вежливо предупредил я, — вырву зубы.

Книга перестала рычать. Задумалась. И наконец крайне неохотно разжала челюсти. С глухим стуком упала на пол и притворилась, что она обычная книга.

Я поднял её и убрал в инвентарь.

В сейфе оставались ножны. Выглядели они так, словно прежний хозяин регулярно ворошил ими угли в камине. Однако дар живого металла всё ещё действовал. Я провёл ладонью по ножнам и насторожился.