— Теперь наш губернатор сам возьмётся за дело, — с уверенным тоном продолжал Карамышев, словно намеченные планы принадлежали только ему. — Я уверен, что розыск будет успешен. У нас есть улики, и кто-то обязательно подскажет, где их искать. У Адеркаса не забалуешь!

— Отчего вы в этом так уверены?

— О, так вы не знаете! Он же у вас в Петербурге полицмейстером служил до губернаторства. Так что службу дознания как никто другой ведает!

— А Борис Антонович, не переживает за должность? — поинтересовался я, налив себе вина, чтобы промочить горло. — Может ему не впервой с казнокрадами столкнуться, но такие дела всегда чреваты последствиями.

— Переживает, конечно, — согласился Карамышев, сделав многозначительную паузу, — Но он ведь не тот человек, который отступит, — добавил Карамышев.

Неловкая пауза повисла между нами. Утка остужалась, а за окном звенели поддужные колокольчики чьего-то экипажа, предвещая, что моё спокойное обеденное время подходит к концу.

— Акулина! — крикнул я, перед этим выглянув в окно, — Унеси утку. Потом разогреешь. И скажи, чтобы самовар несли и булочки к нему.

Судя по мундиру, ко мне дознаватель прибыл, с которым я вовсе не собираюсь делиться такой аппетитной уточкой.

— Так ведь совсем не то уже будет, — поморщилась ключница, с сожалением глядя на любовно приготовленное блюдо.

— Сам понимаю, но обещаю, что сам её съем, — порадовал я ключницу, которая явно расстаралась, чтобы меня побаловать.

— Проходите, ваше благородие, — запустил мой дядька дознавателя в обеденный зал, открывая перед ним дверь.

— Дознаватель полицейского управления Опочецкого уезда Шилов Пётр Максимович, — чопорно представился худой и высокий представитель власти.

— Князь Ганнибал-Пушкин, Александр Сергеевич, — спокойно ответил я, поднимаясь из-за стола, чтобы показать, что вежливость мне не чужда, в отличии от гонора, — Могу предложить чай, — кивнул я на только что внесённый самовар.

— С удовольствием приму ваше предложение… — замешкался служивый с титулованием.

— Можно просто по имени — отчеству, — усмехнулся я в ответ, жестом приглашая его за стол, — Князем я стал недавно и весьма неожиданно для себя. Так что к пышному титулованию пока в должной мере не привык.

— Так что у вас тут с бунтом?

— Если вы рассчитываете, что я выдам вам всю версию событий и её останется лишь записать, то зря, — равнодушно пожал я плечами, отдавая должное выпечке, — Но кого стоит опросить, конечно же подскажу. Кстати, вот и первую ведут, — заметил я двух вояк, которые сопровождали жену головы Бугрова, — По наущению мужа ложные слухи распространяла, чтобы крестьян на бунт подвигнуть.