В общем получился эффект сдвигающихся лифтовых дверей, что отсекали «бежавших» славянских воинов от их преследователей. Увы, сдвинуться они все же до конца не смогли, но это уже в глобальном плане не имело значения, та узкая щель, что осталась и через которую десятками пробивались степняки легко блокировалась, проскочивших порубили остановившиеся по сигналу рога и принявшими бой славянами.

В целом масса из скота и людей выполнила свою задачу и заставила противника не просто остановиться, но и быстро уплотниться до состояния «кильки в бочке». Кони реально не могли даже развернуться, для этого требовалось как следует потолкаться. И тут-то их и накрыло… в прямом смысле этого слова… стрелами.

Рус разделил лучшую тысячу на две части, разместив их на склонах узости и те начали вываливать стрелы на сгрудившегося в плотную толпу степняков. Часть стрел конечно пришли в негодность за первые два дня вторжения, но порядка четырехсот тысяч еще осталось вот их они и вываливали с максимальной скорострельностью на врага.

Кроме того на степняков обрушили стрелы всадники скрывшиеся за живой стеной. Семь тысяч человек да по минимум десять стрел каждый (у кого-то даже в два, а то и три раза больше имелось), и они тоже с азартом пускали их во врагов.

В итоге на тридцать тысяч человек оказавшихся в ловушке за считанные минуты с трех сторон обрушилось порядка полумиллиона стрел.

У тех воинов, у кого стрелы быстро закончились, принялись метать дротики. Собственно, их нагрузили сразу несколькими комплектами.

Так что к этому полумиллиону стрел добавилось порядка тридцати тысяч дротиков, что швырялись не просто рукой, а с помощью веревочной копьеметалки увеличивавшую в несколько раз дальность броска.

И если вначале кутригуры еще пытались отстреливаться, то очень быстро прекратили, ибо массированный перекрёстный расстрел валил раскрывшихся всадников десятками и сотнями, так что единственной их мыслью стало хоть как-то защититься от смертоносного дождя. К тому же кони, получая ранения дергались, сталкивались друг с другом, тут еще резкий запах крови, крики всадников… в общем вели себя крайне неспокойно, не давая выстрелить в ответ хоть сколько-нибудь прицельно и стрелы улетали в молоко.

Конечно же, степняки, осознав, что в кураже погони попали в гигантскую ловушку, попытались из нее вырваться, но Славян не подвел старшего брата и сделал все в точности как тот приказал. А именно не только нагнал людей для стены, что отсекла степняков от славян, но и закрыл таким же образом выход из узости в степь, нагнав к выходу в несколько раз больше народу и скота.