— Кто ещё тут повоевать захотел? — после недолгой паузы громко поинтересовался Тимон.

Результат был вполне ожидаем — желание остаться выразили все орки. Даже Варгонсо. Лишь Златопуп промолчал.

— Э нет, — рыкнул Тимон, — так дело не пойдёт. Капрал, ты однозначно с нами отправишься. И ещё четверых бери. Остальные, если выживут, пусть позже нас нагоняют.

— Что-то не похоже, — не удержавшись, пробурчал я себе под нос, — что они выживать собрались.

— Что поделаешь, братец, — услыхал-таки меня Тимон, — это их война. Да что там, мне порою кажется, что это даже моя война.

— Ну, знаешь ли, — проворчал я в ответ, — от того, что ты орк, эта война не стала твоей. И не должна стать.

— Знаю, братец, знаю. — Кивнул Тимон. — Дело есть дело. Варгонсо, — повернулся он к капралу, — определился, кто с тобой идёт? Тогда подъём и ходу за мной. Златопуп, постарайся не отставать.

Наша ополовиненная команда растянувшейся для безопасности вереницей заскользила в темноте между деревьев вдоль просеки. Впереди Тимон, за ним четвёрка орков, я и Златопуп. Варгонсо замкнул строй, контролируя тыл.

Позади, громыхая взрывами и пулемётными очередями, продолжался бой.

Несмотря на давно канувшее за горизонт солнце, темно ещё не было. Палящий луч лазера, огонь наших зениток и эльфийских пулемётов, взрывы ракет и вспыхивающие в небе аэростаты — всё это не давало тьме спокойно окутать землю и лес. Снег под ногами то и дело искрился, переливаясь всеми цветами радуги, а тени от деревьев, будто оживая, прыгали из стороны в сторону, дико раздражая своим мельтешением.

Сильно далеко обходить место битвы мы не стали. Но и, чтобы всё-таки не засветиться, просеку пересекали по одному и практически на четвереньках.

Хорошо, что мне не пришлось идти первым. Тимон и другие орки проторили неплохую тропу в сугробах. Но даже так я сумел набрать полные сапоги снега и им же набить рукава чуть ли не до локтей. Пришлось, перебравшись через просеку, останавливаться и вытряхать ото всюду эту морозную гадость, пока она, растаяв, не превратилась в леденящую сырость.

Дождавшись Златопупа и Варгонсо, наш отряд вновь направился вдоль просеки, но теперь уже обратно к бронеходам, всё ещё активно ведущим бой. Я не мог видеть, сколько аэростатов сбил «Скорпион», но теперь его поддерживал огнём лишь один оставшийся на ногах «Каракурт».

Второй, завалившись набок, дымно чадил. Из его окон-бойниц, словно высовывая наружу свои любопытные щупальца, вытягивал к небу извивающиеся языки пламени сильный пожар, разгорающийся внутри бронехода.

Затрещали выстрелы и в лесу по ту сторону просеки.