По спине и ногам заколотило выбитое пулями каменное крошево.

Коротконогий гном умудрился вырваться вперёд, задавая темп безрассудной скачки по покрывающим склон заснеженным валунам и часто выпирающим скальным выступам.

Я несколько раз оскальзывался, но удерживался на ногах, чудом не падая. Правда, пару раз приложился о камни коленками и потянул левое запястье, когда, потеряв равновесие, пытался найти дополнительную опору. Но это всё было сущими пустяками по сравнению с грозящей с небес опасностью.

Вратка давно уже скрылась за гребнем. Тимон карабкался на гору чуть выше середины склона. Почти нагнав его, Варгонсо с другими орками двигались следом. Едва загрохотал эльфийский пулемёт, наши ребята спешно разошлись в стороны веером, рассредоточиваясь и стараясь держаться подальше друг от друга.

Только мы с гномом, здорово приотстав, пёрли наверх неразлучной парочкой. Златопуп, двигаясь рваным зигзагом, каким-то звериным чутьём выискивал удобные и надёжные для опоры камни, скача по ним с завидной ловкостью и прытью. Я следовал за ним, стараясь запоминать, куда обретший повышенную резвость коротышка ставит ноги.

Ещё одна пулемётная очередь прострочила склон, пройдя снизу-вверх не так уж и сильно правее нас.

Нестерпимо захотелось залечь, забившись в какую-нибудь щель между камнями. Но укрытия, способного надёжно защитить от эльфийских пуль нигде поблизости видно не было. Оставалось продолжать игру со смертью в догонялки и взбираться по склону всё выше и выше.

Мы и лезли с гномом наверх, не останавливаясь. Грудь ходила ходуном, натужно втягивая холодный разряженный воздух, упрямо не желающий наполнять лёгкие. Всё тело уже ныло от усталости, и особенно ноги, с каждым шагом переставляемые всё труднее и труднее.

Бесконечное карабканье наверх отупляло и навевало апатию. Очередные выстрелы с корабля периодически подстёгивали измотанный восхождением организм, но ненадолго.

— Шайсово дерьмо! — Гном впереди остановился, над чем-то склонившись.

Я нагнал его. Тоже встал, уперев руки в колени и с трудом глотая воздух.

Один из наших ребят. Уткнулся лицом в снег, а в спине дыра. Рана, что называется, не совместимая с жизнью. Наверняка, умер мгновенно.

— Давай дальше, — прохрипел я, слегка подтолкнув Златопупа, тяжело пыхтящего рядом. — Ему уже не помочь.

— Вон, выше и левее ещё один. — Вытянув руку, указал гном.

— Вижу, — угрюмо подтвердил я, заметив на склоне второе угодившее под раздачу тело. — Не повезло ребятам.

— Нам тоже рано радоваться. — Задрал голову вверх мехвод.

Надумавший развлечься стрельбой по нам и потому чуть приотставший от остальных аэростат всё ещё приближался, хотя все другие, обогнав нас, уже оказались впереди. Летел корабль низко, словно собираясь пробороздить своей гондолой вершину горы.