— Постой, брат. Ты с какой целью к огнеборцам нас ведёшь? Неужто, вон, в иных местах более срочных дел не найдётся?

Мы немного приотстали от орков Варгонсо и Тимона со Скряжко, и я терпеливо пояснил:

— Я, господин комиссар-поручик, твою же версию отрабатываю. Ты сам сказал, что тут связь с нашим делом может обнаружиться. Вот я и хочу выяснить, кому найденная мной улика принадлежит. Смотри, — предъявил тайногвардейцу пуговицу, — она без всяких сомнений с шинели пожарного. Видишь, эмблема какая?

— И что? — Скривился недоверчиво гном. — Может, это не та пуговица. Мало ли, кто из огнеборцев мог пуговицы лишиться? Оторвал, вон, впопыхах да не заметил. Эка невидаль на пожаре.

— Так офицерская пуговица-то! — отказываться от свих предположений я не собирался. — Где ты видел, чтобы в тушении пожара офицер участвовал, да так активно, что аж пуговицы терять начал? Даже если бы таковой и прибыл с командой на вызов, то стоял бы в сторонке да командовал с безопасного расстояния. А я пуговицу буквально в метре от входа нашёл.

— Он, вон, мог и после пожара туда подойти. — Пожал плечами Вдырко.

— Мог, — согласился я. — Но только пуговицу оторвать уже повода не было бы. Да и вот с этого края пуговицы, смотри, разводы цветные, как от температуры высокой. Выходит, что до пожара её потеряли.

— Считаешь, значится, офицер-огнеборец часового убил? — Задумался тайногвардеец. — Неужто, эльфам гад продался? Десять шкур с подлеца спущу, коли правда то окажется.

Так и пыхтел себе злобно под нос всю оставшуюся дорогу до пожарной части. А там, как только мы всей толпой дружно в помещение ввалились, я, спутников опередив, двинул прямиком к каморке начальника.

Небольшой и весьма скромненький кабинет у того оказался: стол, стул, хлипкий стеллажик с картонными папками да большая подробная карта города на стене.

— Чего надо? — Весьма недружелюбно воззрился на меня абсолютно лысый гном, до этого что-то размашисто карябавший пером на бумаге. — Почему без разрешения?

Колоритный тип: роскошная окладистая борода, брови тёмными кустистыми зарослями, нос хищным орлиным клювом.

И он явно не обрадовался наглецу, посмевшему отвлечь его от дел.

— А мне оно без надобности, — сухо парировал я, тщательно оглядывая висевшую на крючке у входа шинель с бранд-майорскими пагонами.

Увы, все пуговицы были на месте.

— Ты кто такой⁈ — рассержено рявкнул пожарный, поднимаясь из-за стола и очевидно собираясь вышвырнуть меня обратно за дверь.

— Это со мной, — вальяжно махнул рукой Вдырко, входящий в этот миг в кабинет. — Изволь не голосить, майор. Мы ж, вон, не на плацу.