Вовремя!

— Глава! Как мы… — вопрос остался незаконченным, потому что в этот момент здание нехило тряхнуло.

— Заткнулись и бьем стекла! — каркнула Плакса, — Синобу! Кука! Начинайте расшатывать вот эту решетку! Хамису! Мика! Ищите тряпки, раздевайте раненных! Сделаем веревки! Вниз не суйтесь, там сейчас жарко!

Смертельно жарко. Лаборатория, как и её покои, была заминировано термическими зарядами, предназначенными для уничтожения улик. Камеры, установленные в бывшей клинике, писали не только на местные сервера, но и отправляли файлы куда-то еще, служа не только записывающей, но и надзирающей системой. Если подрыв подвала произошел, то значит, скоро придёт подмога. Они же на камерах, их видно. То, что тут происходит — не вина сукебан! Это диверсия! Ах черт, камеры теперь бесполезны, вся машинерия была внизу! Но записи же есть!

Именно диверсия, не нападение. В самом худшем случае, будь здесь мясники Соцуюки, они все были бы уже изрешечены из автоматов, но здесь нико…

Оглушительный визг одной из девчонок, одетой в окровавленный комбинезон, в очередной раз сбил Плаксу с мысли, заставив нервно дернуться и… застыть. Вокруг заорали другие бабы, шарахаясь в угол комнаты. Еще бы не шарахнуться, когда вон там, в проходе, из которого они пришли, на полу стоит отрезанная голова Хамису! Той самой Хамису, которую она меньше минуты назад послала за веревками!

И эта голова моргает!!!

Она еще жива!

Была бы у них еще секунда или две, тогда бы все было иначе. Здесь были не просто девки, а сукебан, каждая из которых видела и не такое, пусть и не со знакомыми. Вооруженные, отчаянные, с плещущим в крови адреналином, они бы…

…но времени рука, высунувшаяся из-за угла с пистолетом-пулеметом, им не дала. Огонь был открыт сразу же. Град пуль из знаменитого скорострельного «Heckler Koch MP5» хлестнул по плотной толпе молодых женщин, пронесясь по ним косой смерти. Весь полный рожок был опустошен всего лишь за три секунды, после чего рука с оружием исчезла.

Ирис хотела кинуться вперед, попытать счастья, пока неведомый враг перезаряжается, но вместо того, чтобы шагнуть, почувствовала, как оседает на бетон. Странные ощущения в животе заставили её опустить взгляд… и она увидела расплывающееся кровавое пятно прямо… по центру. В ушах зашумело.

Голова закружилась. Она пыталась остаться в сидячем положении, но гравитация и жгучая разрывающая боль начали скрючивать Ирис в позу эмбриона. Она боролась, она пыталась подняться, возможно, это даже удалось бы с чужой помощью, но все вокруг, из тех, кто остался на ногах, казалось, потеряли всякий рассудок. Они бегали, кричали, тормошили упавших, стреляли туда, откуда ранее пришла смерть и… умирали сами.