— Вот он, великий воин, гроза тушканчиков! — снова завел свою песню гном, глядя на меня с полностью отсутствующим дружелюбием во взгляде.

— Извини, никогда не пробовал убивать гномов, — кратко ответил я, получая от подскочившей Офелии большую миску с приятно пахнущим мясным варевом. Чем было вызвано недовольство «ученого» — я не понимал, но выяснять особо не хотелось. Хотя кое-что неожиданно вспомнилось.

— Если Генрих расстроен из-за того, что я повредил шлемы и броню у гномов, то я запихну ему в задницу шестопер, — торжественно пообещал я сидящей рядом и жующей с отстраненным видом эльфийке. Киллана побагровела и выплюнула в огонь то, что жевала.

— Что, правда? — изумился я, посмотрев на теряющего краски жизни гнома, — Серьезно? Я угадал?

— Нет, — холодно произнесла сидящая с поджатыми под себя ногами Митсуруги. Вид волшебница имела отстраненный и недовольный, — Дело в другом. Ты успел убить около двух десятков гномов перед тем, как яд тебя отключил. Еще десяток-полтора покалечил, но это не важно. Мне пришлось выпускать из-под поля Переяславу, чтобы подстраховать нас. Смертные мертвы, но планы теперь придется изменить.

— И как же? — полюбопытствовал я, быстро подъедая еду из миски и откровенно желая добавки.

— Наша дриада «засветилась» в заклинании, от которого мы прятались, и теперь уходит другим маршрутом, — скупо пояснил Зерзан, — Нам тоже нужно будет прибавить ходу. Генрих… недоволен, потому что его понесешь ты. И Киллану.

Я выпучил глаза, тяжело переживая неожиданное расставание с дриадой. Та, пока играла роль моего «костюма», показала себя с очень интересных сторон.

— А шамана кто понесет?

— Меня понесут ветры эфира… в прядях волос архимага… — прогудел неестественным голосом шестиногий эльф, неадекватно поблескивая глазами.

— Егор умеет становиться нематериальным, но в такой форме долго он может быть только в насыщенной энергией среде, — перевела эльфийка на нормальный язык, отчетливо поеживаясь.

Нематериальный шестиногий эльф, у которого вместо волос сотня обращенных раковиной внутрь ушей… и три пиписьки. Плюс настолько обидчивый характер, что он убил и частично съел двухметрового сверхлюбознательного гоблина с чрезвычайно прочной шкурой. Сижу в глубокой задумчивости, испытывая искреннюю симпатию к своим не таким уж и критичным недостаткам.

Остальные члены нашей не особо дружной команды тоже заняты упражнениями для мозгов, японка не поскупилась на описание возможных последствий появления Переяславы на «радаре» аналитического заклинания. По ее словам, высшая дриада могла показаться сканирующим магам каким-то безмозглым чудовищем, напавшим на отряд гномов, но шансы на подобный исход были не велики. Нам предстояло запутать следы.