Этот путь глуп, порочен и неэффективен. Человечеству вовсе не нужны сейчас миллионы и миллионы крестьян, выращивающих пшеницу и животных. Не нужны рекруты для армий, не нужны рабочие на примитивных фабриках. Вместо них можно поднять мертвецов, построить големов, запустить автоматическое производство. Лишние люди — действительно лишние, со всех возможных точек зрения, кроме как… для правителей всех этих микроскопических царств. Эти правители видят в подданных лишь очки влияния на Форуме Наций.
Странное чувство, что изуверов, набивших свои седельные сумки ядом, предназначенным для невинных, едва ли не больше жаль, чем их гипотетические жертвы…
Глава 10 Маменькины сынки
Бежать почти в полную силу — это замечательно. Отросшие ниже плеч волосы развеваются на ветру, на спине сидит, уткнувшись носом в шею и жарко дыша, блондинистая эльфийка, а истошные вопли гнома, болтающегося в цепях в паре метров позади, работают вместо магнитолы. Особенно когда я прыгаю… вот как сейчас.
— Джаргаааак! Сволоооочь!!
Кажется, Генрих прикусил себе язык… Что еще нужно для счастья?
Чем-то сварливый гном мне сильно напоминал недоброй памяти Барина. Упокоившийся в океане вместе с кораблем медведь-капитан обожал демонстрировать свой паршивый характер всем и каждому. Вырасти Генрих раз в десять больше и обзаведись бы приличными когтями, думаю — вел бы себя точно так же. Но пока мелкий и относительно безобидный «ученый» границ не переступал. Но судя по всему, очень хотел.
А вот Митсуруги умудрилась удивить всех и каждого, до отвала челюсти и стеклянных глаз. Не тем, что японка явно не один десяток очков потратила на свои физические характеристики, а скорее нарядом, в котором она бежала, не так уж шибко отставая от меня. Выполненный из неизвестного черного материала, чрезвычайно похожего на синтетику, костюм облегал тело Ай с ног до головы настолько плотно, что не скрывал совершенно ничего. Если бы не белизна кожи возле ушей и выпущенные из-под закрывающей лицо и часть головы маски волосы, то спутать японку с обнаженной темной эльфийкой или негритянкой самого темнейшего колера было бы легчайшим делом на свете.
Какого либо смущения японка не демонстрировала от слова «совсем». Впрочем, как и я. Сейчас в моем распоряжении был лишь один «цивильный» наряд рокера из толстой черной кожи и златотканые трусы с вышитыми на них фиолетовыми павлинами. Эту одежду я берег пуще собственного глаза, поэтому бежал по лесам и полям всего лишь в набедренной повязке новичка. Да и чего тут стыдиться? Молодые здоровые бессмертные совершают энергичный променад. Ах да, иллюзия же.