— Это не нормальные смертные, — произнес следопыт, прижав уши к голове, оскалясь, и доставая из инвентаря два недлинных ножа, — Двоедушники.
Глава 11 Золотой крюк
— Серьезно? — лицо стоящего напротив меня человека выражало веселое самодовольное… разочарование, — Ты мог ко мне заглянуть, чтобы проведать, знаешь ли. Поговорить там, о том, о сем. Познать себя, так сказать. Мог бы прийти посоветоваться насчет Митсуруги, Картера… да хотя бы насчет чертова канделябра!
Лысый жилистый человек начал прохаживаться передо мной, сцепив руки за спиной.
— … но нет, это же мы! Страшный бать к дитю пришел, и спросил он чадо — будем грабить корован? Или же не надо? — продекламировало мое внутреннее «я» и вызверилось на меня, — Ты серьезно⁈
— Ну, все так внезапно завертелось… — я смущенно поковырял ногой ничто, на котором мы оба стояли с Соломоном, — Прочие как услышали от этого двоедушника о том, что неподалеку будут перевозить часть казны одного герцога, так сразу перевозбудились. А я вот, к тебе пришел. Посоветоваться. А ты…
— Ты лицемер. Хуже того — ты неуклюжий лицемер, — обличило меня внутреннее «я» и выполнило разворот на пятке, — Распотрошить невинных фокусников, желавших просто выжить — это ты можешь запросто, а тут ему внезапно потребовалось договориться с совестью. Невинные смертные, видите ли, злато перевозят, а тут он, такой страшный. Кто от гномов чуть не огреб⁈
— У меня не было оружия для работы по легким, но очень бронированным целям! — злобно проворчал я, терзаемый свежими воспоминаниями об унижении себя любимого.
— Мозгов у тебя не было! Мог бы канделябр достать. Тот только покрыт позолотой, а внутри вполне себе хорошая и качественная сталь. На века делали… — пробурчало моё внутреннее «я».
Поругавшись еще минут десять всласть, мы с Соломоном таки наладили диалог. Как бы он не ерничал, как бы не тыкал мне в лицо моим практичным подходом к чужим жизням и смертям, я все-таки довел до него свою точку зрения. До этого момента, я в банальном прямом грабеже не участвовал, и сейчас действительно был смущен перспективой убивания смертных с целью заполучить их ценности. Предпосылки для такого дела были более чем серьезные.
Пока мы волокли дергающиеся и содрогающиеся тела посланников «Материнского Сердца» за город, Зерзан с ожесточением на лице читал нам лекцию о том, что есть двоедушник.
Грубо говоря — темная тварь. Как по-моему — буквально эталон этой самой «темной твари». Паразит, имеющий свойства как нежити так и демона, внедрялся в тело младенца человека, становясь эдаким «хозяином», большую часть времени ведущим себя пассивно, но в любой момент без проблем отстраняющим человеческое сознание от контроля. Спасти жертву было невозможно, как и опознать обывателю самого двоедушника. Твари любили селиться в деревнях и небольших городках, потихоньку таща энергию у окружающих, и одновременно — занимая все больше и больше места внутри своей жертвы. Зрелый двоедушник представлял из себя пустотелую человеческую оболочку, которая приблизительно раз в полгода… испражнялась потомком, уползающим искать своё счастье. Быстро и далеко, потому как родитель добротой не отличался и конкурента на своей территории терпеть не хотел.