Якудза.

— Акира… — выдохнул стоящий за дверью взмыленный и запаленный Баки, — Бежим… к штаб-квартире. Срочно! Дед зовёт!

Интерлюдия

В клан якудза редко приходят от хорошей жизни. Не в современные, состоящие из модных и безжалостных волков, не знающих даже как пишется слово «честь», а в те, чья история насчитывает десятки и сотни лет. Здесь нет хорошей жизни, нет быстрых денег, зато… зато как раз есть такое понятие как честь. Спину себе украшают обычно те, кто потерял всё, но получил шанс вылезти из канавы. Даже если ему этот шанс впихнули вместе с пинками, зуботычинами, ведрами ледяной воды и ударами плетью за попытку побега.

Огава был именно из таких. Огава Рюичи, в прошлом трудяга Рюичи, молодой неразговорчивый парень, надрывающийся на рыбном промысле ради своей молодой жены и только что появившегося ребенка. Потом пьяница Рюичи, после того как тайфун похоронил его семью под неудачно рухнувшим сводом их дома. Затем… затем был вакасю Рюичи, молодой, немногословный, но надежный член «семьи» Сенко-гуми. Нашли, обогрели, выбили дурь, дали дело.

Теперь он сятэйгашира Огава, а на его спине крепко сжимает нож в зубах Тёу Дзюн. Годы практики в пластании рыбы не прошли зря, метка мастера ножа заслужено Огавой «от» и «до».

И «до» вот-вот должно наступить.

На этом заброшенном пустыре, где даже вороны бы не срали, им забили «стрелку» в претензии на территорию. Неслыханное дело, даже если б подобное кинули даже просто Сенко, но здесь было что-то за гранью обычаев и традиций — вместе с какой-то новомодной Рокудей-гуми, о которой Огава и не слыхивал раньше, вызов бросали и «надевшие черное». Бросали Джигокукен-додзё. Проще говоря, вызов был брошен всей Аракаве.

И одобрен.

— Вы там вообще с ума посходили? — злой вопрос Огавы был адресован человеку из Комитета, курящему около своей машины, — Хоть понимаете, что может начаться?

— Я выполняю приказы, Огава-сан, — ответ хмурого человека был тоже… в меру злым, — Это было одобрено.

Огава, покосившись на стоящих в отдалении ребят, переговаривающихся с бойцами додзё, сплюнул.

— На что рассчитываете? — прямо спросил он, — Нас задавят, так другие гокудо возьмутся за стволы. Найдут их. Натравите на них своё спецподразделение? Это будет война, инспектор. По всей стране.

Тот, казалось, проигнорировал спич сятэйгаширы, но затем, докурив, негромко пробормотал:

— Война уже идёт, Огава-сан. Она просто дошла до Аракавы.

— Ты угадал, сынок, — мрачный голос Конго, подкравшегося к своему человеку со спины, чуть не заставил Огаву, гордящегося своими железными нервами, подпрыгнуть, — Голодных «надевших» всё больше и больше, эти тупицы, которых наплодило наше правительство, лезут в криминал. Теперь их желают начать отстреливать. Нужен громкий повод. Нам просто не повезло.