Нет.

Дохлый заряд. Пять стволов рядом. Сай с тяжеленным блоком за спиной — с таким не убежишь. И Зонис наверняка не носит деньги там, откуда их можно было достать руками.

— Ты нас использовал, сволочь!

— Конечно да. А ты меня, да? А капитан меня, да. А Дом Джан — капитана. Это жизнь, да.

Каким-то шестым чувством поняв, что опасность миновала, Зонис отвернулся, собираясь продолжить свой путь.

— Хочешь денег — ищи новую работу, да. Сейчас всё изменилось. Новый хозяин на Станция. Много кому придется искать новый работа, да.

И ушел. А парни остались стоять, слушая, как за спиной зашумела толпа:

— Капитан говорить будет!

— Про снабжение!

— Про воздух скажут!

Очнувшись от оцепенения, Вик смотрел на офицерскую платформу.

Красивый офицер, разговаривавший с Зонисом, как раз поднимался к импровизированному помосту. Встав на него, он махнул рукой кому-то из своих офицеров. Через пару мгновений вдруг раздался скрежет, и из отряда дроидов к нему подошел самый крупный — тот самый шагоход, который Вик помогал провезти через космолифт.

Толпа как-то сразу притихла. Грузно топая, шагоход неуклюже подошел к офицеру, отдал честь и склонился в поклоне. Тот, приняв это, как должное, ловко и непринужденно вскочил на услужливо протянутый манипулятор.

Заскрипели блоки, дроид быстро выпрямился во весь рост и поднял его высоко в воздух. Капитан привычным движением встал ему на голову, а манипулятор использовал как трибуну, придерживаясь за него для равновесия. Воины в экзоскелетах тут же создали вокруг помоста оцепление.

Теперь офицер на добрых пять метров возвышался над толпой. Тотчас перед ним появился пентакоптер с усилителем звука и микрофоном. Любезно и снисходительно улыбнувшись, офицер произнес:

— Господа, рабочие, сервы, и люди иного звания. Благодарю всех, кто пока не стреляет в оратора. Для начала это уже неплохой результат!

Кто-то в толпе хохотнул.

— Буду краток, — продолжил он. — Длинная речь хуже утечки воздуха. От неё, правда, не умирают, но мучаются еще сильнее!

Смех стал громче.

— Итак, я — капитан Вольной Роты Люциус Верд-Галлоуэй. Мои парни зовут меня Хард-Верд. Милые дамы, не надо краснеть. Это не то, что вы подумали. Хотя…

Тут толпа буквально потонула в хохоте. Что характерно — преимущественно мужском.

— Администрация узурпаторов Ратенау, — мигом став серьезным, продолжал Хард-Верд, — больше не контролирует ни Станцию, ни астероид А7Д5. Ключевые узлы взяты. Лифты, доки, шлюзы, нижние переходы и склады снабжения находятся под охраной передового отряда Великого Дома Джан и Вольной роты «Венец Пустоты».