медленно обводя взглядом замерших операторов. — Каждую секунду промедления — отчет в СБ. С личной подписью. Дисциплина, вбитая годами службы, сработала быстрее страха. Пальцы операторов забегали по клавиатурам. Гул серверов стал громче, насыщеннее — системы переключались в режим экстренной работы. На главной панели ЦУС, огромной стене из индикаторов и экранов, началось светопреставление. Щелк. Индикатор «Общественная Сеть „Голубь“» — погас, сменившись красным крестом. Щелк. «Коммерческий Канал „Зодиак“» — экран погас, заполнившись черно-белым снегом статики. Глушение. Щелк. Щелк. Щелк. Десятки, сотни маленьких зеленых огоньков — каналы личных коммуникаторов, зарегистрированных на станции — гасли один за другим, как пойманные в сеть светлячки. На экране монитора Семенова строчил список MAC-адресов: «Модем пользователя ID-4473 (Ковалев А. И.) — заблокирован… Модем пользователя ID-8921 (Петрова Е. С.) — заблокирован… Модем пользователя ID-1105 (Леонтьев Б. М.) — заблокирован…». — Канал «Медицинский Резерв» — отключен и заглушен, — доложил оператор у дальнего пульта, голос ровный, но чуть выше обычного. — Спутниковый ретранслятор «Эхо» — переведен в пассивный режим, эфир чист, — добавила Петрова, не отрываясь от экрана. — Личные линии… 87% заблокировано, сэр. Остальные вне зоны покрытия или выключены. Продолжаем поиск, — докладывал Семенов. ЦУС погружался в странную, зловещую тишину, нарушаемую только щелчками гасящих индикаторов, гулом машин и монотонными докладами. Яркие экраны сменялись серыми надписями «NO SIGNAL» или мертвыми черными прямоугольниками. Воздух наполнился запахом горячего металла и напряжения. Игнатов стоял посреди этого умирающего цифрового мира, руки за спиной, наблюдая. Его лицо оставалось непроницаемым. «Волков влип по-крупному, — стучала мысль. — Самолюбие дороже ума. И карьеры. Но приказ есть приказ. И свою шкуру спасать надо. Выполнил — и чист.» Главный оператор, седой ветеран связи, подошел к Игнатову, щелкнув каблуками. Лицо старика было пепельным. — Шеф, код «Черный Шторм» активирован и выполнен. Внешняя связь заблокирована на 98,3%. Эфир глушится в радиусе действия наших передатчиков. Остаются активными и доступными только каналы «Красная Кнопка» (аварийный маяк) и ваша выделенная прямая линия с ЦУКом ЦИКПа на Земле. Игнатов кивнул, один раз, коротко. — Держать. До особого распоряжения НСС, — бросил он и развернулся к выходу. Его шаги гулко отдавались в внезапно оглохшем зале. За спиной Игнатова операторы замерли, не глядя друг на