— полный. Без этого — выход. На «Ковчеге» наши психологи дополнят подготовку. Фокус на аналитической холодности. Чанг (ТСН) резко: — Эскорт до границы Пояса Койпера! Там «Светлячок» совершит маневр «Призрак» — наше ноу-хау по сокрытию. Пилот — наш. Он проведет маневр, потом узнает правду. Главный инженер — наш. Он обеспечит «немоту» корабля после маневра. Готовность к «билету в один конец» — в контракте. Аль-Фарук (ФМН) с бесконечной грустью: — Жертва… полная и осознанная. Пусть их души найдут покой в служении будущему, которого не увидят. Согласен. Диалло (АСВ) твердо: — Прозрачный отбор на «Ковчеге»! Международная комиссия по психоотбору. Наблюдательный совет с правом вето на кандидатов, но не на оперативные решения после старта. Справедливость — в равной мере жертв. Шарма (РБ) глубоко: — Наблюдатель… теперь это «сапер». Его подготовка — ключ. Не только философия. Экстремальная психология, нейролингвистика контакта с Абсолютно Иным, методы сохранения рассудка в условиях экзистенциального диссонанса. Группа поддержки на Земле — лучшие умы в ксено-психологии. Экипаж должен не только выжить физически. Они должны сохранить способность думать перед лицом безумия. РБ берет на себя эту подготовку. Девять рук. Поднятых в мертвой тишине спецзала. Не вверх, к надежде. А как капитуляция перед неизбежным. Единогласно. Директор ЦИКПа не произнес больше ни слова. Просто кивнул. Его тень на стене качнулась, огромная и бесформенная. Совещание было окончено. Лидеры молча покидали зал. Их шаги глухо отдавались в каменном мешке коридора, охраняемого безликими фигурами в черном. Торн шел, сжимая недокуренную сигару, его лицо было каменным. Мендоза опиралась на руку помощницы, ее плечи все еще содрогались. Ван дер Вейден нервно вытирал платком шею. Кожедуб шел, опустив голову, как бык, ведомый на бойню. Ли Вэй шел быстро, его ум уже просчитывал варианты. Чанг шагала решительно, строя планы патрулирования. Аль-Фарук шел медленно, его губы шептали молитву. Диалло шла, сжав кулаки, ее глаза горели огнем борьбы за справедливость. Шарма шла последней, ее лицо было задумчиво и печально, как лицо сфинкса. Директор ЦИКПа остался один в огромной, черной гробнице. Он сидел несколько минут, уставившись в темноту за столом, где еще минуту назад сидели девять самых могущественных людей планеты. Потом тяжело поднялся, подошел к незаметной панели на стене, нажал кнопку. На противоположной стене засветился огромный экран. Яркий, кричащий кадр. Официальный новостной ролик ОЕЗ о проекте «Светлячок».