Она не собирала, она наблюдала. Ее взгляд скользил между его руками и его лицом, скрытым шлемом. — Потому что они не пострадали, — ответил Карпов, не отрываясь от работы. — Значит, их не трясло, не било. Может, внутри тоже всё цело. Логика. — Это не логика, Алексей. Это суеверие, — сказала она, но без упрека. — Называй как хочешь, но это всегда работает. Он добрался до кристалла, который лежал в мелкой выемке, будто его специально туда положили. Алексей потянулся, и его рука дрогнула от того, что рядом, в полуметре, лежал обломок стеллажа с вырванной, торчащей арматурой. Острый край был в сантиметре от боковины его шлема. Он замер, оценивая траекторию. Потом медленно, с бесконечной осторожностью, извлек кристалл и положил его в контейнер. Щелк. Белькасем посмотрела на его показатели. Пульс скакал. Кортизол зашкаливал. Он работал на чистой воле. * * * Зал молчал. Но тишина была обманчива. Она была насыщена невысказанным. Каждый щелчок застегивающегося контейнера, каждый скрип ботинка по полу, каждый вздох — все это звучало как осквернение. Они были грубыми, шумными, живыми гостями в абсолютно безмолвном царстве смерти и памяти. Белькасем видела, как Аджей, закончив с одним кейсом, замер над следующим. Его руки просто повисли в воздухе. Он смотрел на сидящую фигуру, прислонившуюся к этому кейсу. Пустой капюшон был повернут в сторону монолита, будто страж все еще наблюдал за ним. — Кваме, — снова позвал его Чин, уже упаковывая кристаллы из интерфейса. — Время. Аджей кивнул, резко, как будто отбрасывая наваждение, и потянулся к кейсу. Его пальцы замкнулись на ручке. Кейс не поддавался. Защелка, простая механическая защелка, была забита пылью или слегка деформирована. Аджей дернул сильнее. Раздался неприятный, громкий скрежет. — Легче! — рявкнул Карпов со своего места, обернувшись. — Ты что, сломать хочешь? — Он не… он не открывается! — в голосе Аджея прозвучала паника. Не инженерная досада, а настоящая, животная паника человека, который застрял в кошмаре и не может выполнить простейшее действие. — Отойди, — сказал Карпов, поднимаясь. Его суставы болезненно хрустнули. Он подошел, отстранил Аджея плечом и сам взялся за кейс. Осмотрел. Защелка была не сломана, а залита тем же темным, спекшимся составом, что и решетка в шахте. Капля или брызг того самого «последнего вздоха» попал сюда и намертво склеил механизм. Карпов достал из пояса тонкий, острый скальпель для резки полимеров. Он ввел лезвие в щель защелки и, сконцентрировавшись, с сильным, но контролируемым давлением,