колебание. Карпов, стоя перед модулем, походил на добровольца в сомнительном медицинском эксперименте. Его лицо было сосредоточено, но в глазах читалось знакомое упрямство — то самое, что заставляло его лезть в самые опасные техзавалы. — Только, чур, без сюрпризов, — бросил он в сторону модуля. — Обесточить меня — это одно. А сжечь мозги… это уже перебор. — Мы подаем минимальное обратное напряжение, лишь бы зафиксировать факт контакта, — успокоил его Чин, хотя в его голосе не было и тени успокоения, лишь холодная констатация фактов. — Риск оценивается в 0.3%. — Успокаивающе, — хмыкнул Карпов и, глубоко вздохнув, прикоснулся обнаженной ладонью к той самой гладкой панели. Эффект повторился почти мгновенно. На мониторах, отслеживающих его жизненные показатели, ровные зеленые линии синхронизировались с ритмичным пульсирующим свечением индикаторов модуля. Сердцебиение, волны мозга — все на короткий миг подстроилось под единый, чужой ритм. — Контакт! — выкрикнула Вадхва. — Синхронизация подтверждена! Но… это не все. ГЕЛИОС, усилитель сигнала, канал 2! На отдельном экране, поверх биоритмов Карпова, проступил другой, куда более сложный график. Это не была простая синусоида. Это была сверхсложная, быстрая последовательность импульсов, наложенная на биометрический канал, словно шепот на громкий разговор. — Что это? — прошептал Аджеи, впиваясь в экран. — Это же… код. Двоичный? Нет… Троичный? В основе — энергетические паттерны, но структура… математическая. — Модуль не просто «чувствует» жизнь, — голос Вадхвы дрожал от возбуждения. — Он ведет диалог! Он посылает запрос! Это не данные, это… вопрос. Проверка на «вшивость». «Докажи, что ты не просто биомашина, докажи, что ты можешь мыслить». — Он ждет ответного кода, — заключил Чин, и в его глазах впервые мелькнуло нечто, похожее на уважение к неизвестным инженерам. — Но какого? Мы не знаем его языка. Карпов, бледный от напряжения, отдернул руку. Синхронизация тут же прекратилась. — Черт, аж в висках стучит, — проворчал он, потирая ладонь. — И что, этот вопрос был на ихнем языке? Так мы его никогда не поймем. — Не обязательно, — вдруг сказал Аджеи. Его лицо озарилось догадкой. Он повернулся к Вадхве. — Прия, ты говорила про универсальные константы. Мы ищем общий язык? Давайте говорить на нем. Не пытаться подобрать их пароль. Просто… представиться. Назвать свое имя на языке, который понятен всем. — Число Пи, — тут же отозвалась Вадхва, ее глаза загорелись. — Или натуральный логарифм. Или скорость света. Что-то фундаментальное,