«Не верит, что я еще жив после встречи с Бритвой! — подумал я про себя. — Наверняка лихорадочно пытается сообразить, что же произошло, что я цел и не вредим вернулся в дом».

— Приятного аппетита, Борис! — произнес я, откровенно глумясь над ним.

— Приятного аппетита, братец! — ядовито ответил тот, растянувшись в улыбке.

За маской сарказма угадывалась злость. Его смятение мне нравилось, и я им упивался.

— И тебе приятного аппетита, — тем же тоном ответил я.

— Давайте выпьем за приезд Амадея! — предложила Велимира Ивановна.

Слуги разлили шампанское.

— Надолго к нам? — спросила тетя, отпив напиток.

Вопрос был не тактичный, но Амадей виду не подал. Напротив, стараясь разозлить Велимиру, ответил:

— Не переживай, останусь подольше. Я же не буду помехой?

— Конечно же нет! — воскликнула Велимира Ивановна, но судя по ее сомкнутым на переносице бровям такой ответ ее явно не устроил.

— Ну вот и отлично! — улыбнулся Амадей. И повернувшись к слуге, обратился: — Кстати, стерлядь просто отличная! Пальчики оближешь!

Еще одно нарушение такта, которое занозой кольнуло Велимиру Ивановну — нужно было обратиться с похвалой к ней, а не к слугам. Амадей мельком глянул на меня, подмигнул — мол, смотри как ее. Я не сдержался, тоже улыбнулся.

— А мне стерлядь не понравилась! — сказал вдруг Борис. — Гадость какая-то! И заяц недосоленный!

Борис швырнул тарелку на пол. Та со звоном разбилась. Слуга тут же принялся собирать осколки.

— Такую еду даже собакам нельзя отдать. Слышишь? — он крикнул слуге. — Не смей отдавать это собакам — потравишь! Выкинь сразу на помойку. Или сам съешь!

У меня зачесались кулаки — захотелось врезать Борису. Но Амадей поймал мой злобный взгляд и едва заметно подал знак — не горячись. Дарья тоже осторожно ткнула меня ногой под столом.

Дальше ели в полной тишине, хотя аппетита уже и не было. С трудом добрались до десерта, который особо и не тронули, хотя выглядел он весьма аппетитно. Первым не выдержал Борис:

— Я сыт. С вашего позволения, — и не дождавшись ответа, вышел из-за стола, противно скрипнув стулом.

Начали расходиться и другие. Велимира Ивановна посетовала на усталость и тоже отправилась к себе. Мы с Амадеем и Дарьей еще некоторое время поболтали о пустяках, потом тоже пошли каждый в свою комнату.

Я зашел к себе. Некоторое время размышлял о том, чтобы вызвать Лисенка для массажа, но был слишком уставший и, повалившись на кровать, тут же уснул.

Однако посреди ночи что-то противно зазвенело.

Три-и-ить! Три-и-ить! Три-и-ить!

Я не сразу понял, что произошло, открыл глаза и принялся глупо озираться. В голове еще была мешанина из снов. Почему-то сначала показалось, что это Бритва скоблит лезвием по окну, пытаясь проникнуть ко мне в комнату. Потому подумалось о монстре из башни. Но это было не первое и не второе.